Стиль
Жизнь Успокоительное прошлое: почему нас никак не отпустит ностальгия?
Стиль
Жизнь Успокоительное прошлое: почему нас никак не отпустит ностальгия?
Жизнь
Успокоительное прошлое: почему нас никак не отпустит ностальгия?
Ксения Наумова изучает феномен тоски по ушедшим временам и разбирается, почему в 2010-е общество еще раз пережило XX век и что заставляет нас постоянно возвращаться к прошлому.

В кинотеатрах сменяют друг друга «Терминатор», «Оно» и «Король Лев», обувные магазины забиты кроссовками на платформе, Дженнифер Лопес крутится на пилоне в блестящем трико от Versace, Шакира двигает бедрами под «Whenever, Wherever», Eminem на «Оскаре» выкрикивает слова «Lose Yourself» на фоне гигантской аудиокассеты — зал качает головами в такт, в YouTube стремительно набирают просмотры новые клипы Pussycat Dolls и Green Day, на афишах по всему миру — Spice Girls, Blink 182 и Backstreet Boys, о которых ничего не было слышно много лет, и даже Наталья Ветлицкая грозит возвращением.

Какой, говорите, год на дворе? 1993-й? 1995-й? Да нет, 2020-й. Спроваженный с облегчением 2019-й стал прямо-таки кульминацией нашей тоски по ушедшему. За последние десять лет мы будто еще раз прожили весь предыдущий век в рапиде вместе с героями «Аббатства Даунтон», «Безумцев», «Очень странных дел», роясь в винтажной одежде и украшениях, молясь на героев Marvel, DC и Disney, которые все, разумеется, родились в XX веке и были ответом на запросы давно ушедших времен.

Единственные, кого сейчас не накрывает жестокими приступами дежавю, — те, кого в 90-е не было еще даже в проекте. Возможно, кто-то из этих молодых людей и удивляется, почему в новых фильмах так много пожилых героев, появлению которых на экране аплодируют их родители. О том, что очередной блокбастер на один уик-энд — это вообще-то сиквел или приквел фильма двадцати-, тридцати-, а то и сорокалетней давности, люди поколения с клиповым сознанием могут и не знать: связь времен в цифровую эпоху распадается быстро и почти безболезненно. Вспомните главный вопрос конца 2019 года: «Можно ли смотреть “Звездные войны”, если не видел всех восьми предыдущих частей?». Да все можно.

Начало 2020-го принесло массу каких-то «мутных» новостей — австралийские пожары, коронавирус, замена российского правительства на другое точно такое же, и так далее и тому подобное. От этого токсичного инфопотока люди спасаются кто чем. В ход идут ASMR-видео и подкасты, кросс-фит и марафоны, лайф-коучи и психотерапевты: каждому свое. Миллениалы ищут успокоения в ностальгии.

Ностальгия — это ведь когда возвращаешься не к прошлому, а к своим собственным ощущениям в этом самом прошлом. Источниками самых глубоких переживаний для поколения, пережившего смену тысячелетий в полном сознании, были не тома классики, а видеоклипы, видеоигры, сериалы, кроссовки и очередь в «Макдоналдс» на Пушкинской. Так что нынешняя волна ностальгии такая, кхм, несколько консюмеристская. Ну какая есть.

Кого терзает ощущение, что XXI век будто дал фальстарт, сделайте шаг вперед. На самом деле, причины тому понятны — все меняется настолько быстро, что те, кто застал дисковые или хотя бы кнопочные телефоны, отчаянно цепляются за знакомые паттерны. Опыт показывает: если бесконечно пытаться угнаться за трендами, рано или поздно все равно начинаешь чувствовать себя глупее пятнадцатилетних, которым все эти тиктоки понятны интуитивно, им даже не надо включать мозг, чтобы разобраться, что к чему. Слово «миллениал» пока употребляют в значении «новое поколение», хотя еще чуть-чуть — и оно станет синонимом слова «старпер».

Технологии в начале века развивались с такой скоростью, что несколько страшно передовых и хайповых продуктов так и не вышли на рынок. Оказалось, что мы готовы видеть «умные» очки, клонов и беспилотные авто в фантастических сериалах и техноблогах, но пока не готовы делать их частью своей жизни. Речь, конечно, о массовом потребителе, а не о пионерах прогресса и супернердах, которые уже вживили себе в руки чипы и не расстаются со шлемами виртуальной реальности.

На коллаже: Милли Бобби Браун в сериале «Очень странные дела»

Большинству от разогнавшегося прогресса не столько весело, сколько страшно: оторвешься на минуту от просмотра видео с котиками, глядь — а там уже в окно залетают дроны, в магазинах отменили деление одежды на мужскую и женскую, а в твоем собственном туалете появилась правительственная видеокамера. Ну нормальные такие миллениальские фобии. Для кого-то современная социальная повестка, будучи вроде бы вполне разумной — равенство для всех, право быть собой, вот это все, — оказалась слишком радикальной, и это тоже стало источником фрустраций. Сколько ни отстаивай традиционные ценности в комментариях под публикациями СМИ, а рождаемость почему-то не растет.

В общем, что бы ни подкармливало нашу тревожность, ностальгия на всех действует, как посасывание пальца в младенчестве: успокоительно. О, эти паттерны, знакомые с детства! О, это чувство, которое рождается в душе при первых тактах «Hit Me Baby One More Time»! Где есть спрос — там есть предложение. Люди хотят в сотый раз пересматривать «Друзей»? Ради бога, устроим им масштабное празднование 20-летия, выложим сериал на все новые стриминговые сервисы и выпустим специальные наборы LEGO. Люди соскучились по поясным сумкам и микрорюкзачкам? Завалим прилавки маленькими уродцами на радость инстаблогерам всех возрастов.

Когда-то — по крайней мере, судя по книгам и фильмам — человечество рвалось в будущее, в космос, в прогресс. Сейчас туда не то чтобы кому-нибудь очень хочется (кроме энтузиастов вроде Илона Маска). Ну что нас там ждет? Экологическая катастрофа? Еще миллион бессмысленных споров в соцсетях? Еще тысяча дурацких законов? Тотальная слежка? Рост безработицы из-за ИИ?

Когда вы в последний раз видели фильм-утопию о прекрасном будущем? Один из программных сюжетов научной фантастики в последние годы — люди улетают с Земли туда, не знаю куда. Мы растеряли иллюзии, поэтому и возвращаемся постоянно к прошлому — как сейчас кажется, беззаботному.

Без паники: все это вовсе не значит, что нам грозит задохнуться в нафталине. Уходящее десятилетие, конечно же, породило массу принципиально новых явлений и эстетических ориентиров, которые не вызывают у нас никакого отторжения. В моде это оверсайз пуховики, Yeezy, футуризм Верджила Абло, кривобокая ирония Vetements, новая сексуальность Жакмюса. В культуре и медиа — кокетливая депрессия Билли Айлиш, виртуальные инфлюэнсеры, селфи с собачьими ушами, YouTube-блогеры. В быту — доставка всего на свете, бионические протезы для людей и даже животных, Сири и Алиса, красивые фотографии с дронов, возможность оплачивать покупки телефоном.

Все это — симпатичное и уже наступившее будущее, которое нас вполне устраивает. Но все равно пока что «типичные 2010-е» трудно увидеть разом, одним кадром. Слишком мало прошло времени. Меж тем культурные пласты, на которые мы смотрим сквозь толщу времени, утрамбовались, сложились в единое целое, дозрели. Или, если угодно, раскрылись, как выдержанное вино. Даже 90-е годы — последнее, самое бестолковое и довольно сомнительное с эстетической точки зрения десятилетие XX века наконец обрело в наших глазах какой-то шарм. Черные удавки и уродливые платформы начали вызывать в душе нежность, а при виде Натальи Ветлицкой с розовыми волосами, пританцовывающей под «Посмотри в глаза», хочется прижать руку к сердцу.

По большому счету, любые культурные и модные течения — всегда попытка отрефлексировать политические и экономические потрясения. XXI век начался не очень удачно — с 11 сентября, продолжился терактами и финансовым кризисом, ну и еще много было всякого. Так кто же посмеет нас обвинить в том, что 30-летие «Макдоналдса» в России мы празднуем с большим энтузиазмом, чем собственный день рождения.

Хотя, пожалуй, все-таки пора вынуть голову из песка и начать новую жизнь.