Стиль
Впечатления «Гений»: почему фильмы о писателях такие скучные
Стиль
Впечатления «Гений»: почему фильмы о писателях такие скучные
Впечатления
«Гений»: почему фильмы о писателях такие скучные
Экран как будто не создан для того, чтобы интересно показывать литературное творчество. А «Гения», хотя актеры хороши, все же нельзя назвать выдающимся фильмом (и не только его). Почему — объясняет кинообозреватель «РБК Стиль» Геннадий Устиян.

В кинотеатрах идет «Гений», биографический фильм о периоде жизни писателя Томаса Вулфа после обретения им славы и его отношениях с редактором Максвеллом Перкинсом, который до того открыл Хемингуэя и Фицджеральда. Формально главный герой картины — не Томас Вулф, которого сыграл Джуд Лоу после того, как Майкл Фассбендер отказался из-за занятости на другом проекте, а редактор Макс Перкинс (Колин Ферт) — представитель профессии, обычно остающейся за кадром не только в кино, но и в жизни. Последний раз в массовом кино главным героем становился редактор книжного издательства в фильме «Волк» больше двух десятилетий назад, его играл Джек Николсон, и он не столько работал с текстами, сколько вращал глазами, охотился по ночам на оленей и соблазнял Мишель Пфайффер. Учитывая, что сама по себе работа редактора со стороны довольно скучна, однообразна и почти полностью лишена экшена (что может быть веселого в человеке, который весь день проводит за столом, вычеркивая слова и целые абзацы?), редактор нечасто становился героем экрана. Писатели — другое дело, но, если вы вспомните все значимые фильмы о них, никто не смог соперничать с Железным человеком или Росомахой в прокате. В конце концов, это тот самый человек, который сидит с утра до вечера и пишет слова и абзацы, позже вычеркиваемые редактором.

© Youtube

На самом деле, известный театральный режиссер Майкл Грандадж, для которого «Гений» стал кинодебютом, снял фильм не столько о редакторе Перкинсе, в чьей жизни с ее офисной работой, писателями с плохим характером и стабильной семьей с женой (Лора Линни) и детьми было мало интересного для увлекательного кино. Фильм начинается со встречи Перкинса с молодым писателем Томасом Вулфом, талантливым графоманом, который не мог не писать и приносил рукописи по 5 тыс. страниц. От работы Перкинса с Хемингуэем и Фицджеральдом в прошлом есть всего пара сцен, и в такие моменты экран оживает, потому что на свете не было более разных людей, чем эти двое: показанный веселым жизнелюбом (что горько иронично, учитывая, как он кончил) Хемингуэй (Доминик Уэст) предсказывает Вулфу скорое падение, а Фицджеральд (Гай Пирс), напротив, погружен в депрессию из-за writer’s block и вынужден от безденежья подрабатывать сценаристом. Оба настолько интересны как персонажи, что поневоле сожалеешьо том, что их в фильме так мало.

Но, хотя «Гений» больше фильм о Вулфе, чем о Перкинсе, все же это не традиционный байопик, где рассказывают всю историю жизни героя от рождения до смерти. Действие «Гения» начинается в 1929-м, как раз когда Вулф начал печататься, а Америку накрыла Великая депрессия, и заканчивается в 1938-м, когда 37-летний писатель умирает от милиарного туберкулеза мозга. Он появляется в фильме почти без прошлого (хотя тот факт, что он был младшим из семерых детей в семье, занимавшейся изготовлением могильных плит, мог бы стать интересным двигателем сюжета и психологическим объяснением его зрелой жизни), и в картину не попала важная тема путешествий Вулфа в довоенную Европу. Сначала он был ею очарован, но позже сбежал оттуда — в ужасе из-за распространения фашизма.

Авторов «Гения» (а сценарий, написанный Джоном Логаном на основе биографии Скотта Берга «Макс Перкинс» 1978 года, «пролежал на полке» почти 20 лет) больше интересуют отношения Вулфа с театральным директором по костюмам Элин Бернстайн (Николь Кидман), которая настолько ревновала своего мужчину к редактору, что заявилась в кабинет Перкинса с револьвером. Но отношения эти тупиковые и к финалу фильма ничего не добавляют в портрете писателя. Элин была на 20 лет старше Вулфа, и ее ревность скорее была спровоцирована угасшим к ней интересом, чем ее упреками по поводу его задержек на работе.

© kinopoisk.ru

Писатели всегда были любимыми героями режиссеров-авторов. Частично это происходит оттого, что режиссер может снимать фильм о творчестве, то есть, немного о себе любимом, слегка сместив угол зрения благодаря смене профессии. Частично это случается потому, что режиссеры-авторы обычно сами пишут сценарии и тем самым слегка писатели. Но итог очень редко выходит за рамки авторского кино. Спайк Джонз в «Адаптации» филигранно показал невозможность передать на экране жизнь писателя — сценариста Чарли Кауфмана (Николас Кейдж) и героини его сценария, журналистки Сюзан Орлеан (Мерил Стрип) — не выдумав ей вымышленный адюльтер, пристрастие к наркотикам, двойную жизнь и погоню со стрельбой по кишащему аллигаторами флоридскому болоту. То есть, экшен. Многие из биографических фильмов о реально живших писателях — «Капоте», «Страх и ненависть в Лас-Вегасе», «Айрис», «Миссис Паркер и порочный круг», «Скафандр и бабочка», «Джулия» и другие — имели культовый успех и признание среди критиков, но не были кассовыми хитами, потому что главной темой в подобных картинах становятся отношения между людьми — у Вулфа с Перкинсом, у Дороти Паркер с коллегой Робертом Бенчли, у Чарли Кауфмана с братом-близнецом, а у Сюзан Орлеан — с похитителем орхидей, человеком не ее богемного нью-йоркского круга. С таким деликатным и правдивым сюжетом невозможно вырваться из артхаусных рамок, а зрителям артхауса скука не страшна.

© kinopoisk.ru

Другое дело, когда писатель становится героем жанрового кино — именно поэтому успешны фильмы о них Стивена Кинга, который показывает представителей своей профессии в опасных обстоятельствах, приближающих их к триллеру, а не к драме. «Мизери», «Сияние», «Тайное окно» — исследования об отношениях писателя с реальностью вплоть до столкновения с чересчур требовательными поклонниками. Но эти фильмы не остаются теоретическими трудами, а переходят от слов к делу, и вот в руках у Кэти Бэйтс появляется молоток. Точно так же к своим героям относится один из лучших рассказывателей детективов Роман Полански; писатель для него — жертва или свидетель происходящих вокруг убийств, а не наблюдатель у пишущей машинки или компьютера.

© kinopoisk.ru

«Гений» тоже пытается включить в действие триллерную интригу — когда Элин Бернстайн заявляется в кабинет Перкинса с пистолетом. Но выстрел не раздается, ревнивица обмякает, и момент упущен в угоду исторической правде. При этом в жизни Вулфа были ситуации, из которых мог бы получиться триллер. К сожалению, это фильм о его дружбе со слишком серьезным и глубоко женатым редактором, который не то что не материал для триллера — он даже отказывается пойти с другом к чернокожим проституткам, и это вершина его искушений. Да, Перкинс хранил верность своей жене и вообще был семейным тихоней. И это именно то, что делает его симпатичным на бумаге и в жизни, но не в кино.