Стиль
Герои Alyona Alyona: «Притворяться богатой — не мой движ»
Стиль
Герои Alyona Alyona: «Притворяться богатой — не мой движ»
Герои
Alyona Alyona: «Притворяться богатой — не мой движ»
© пресс-служба
Хип-хоп-дива из Кировоградской области — о хитах, респекте и стиле.

Разговоры об украинской рэп-исполнительнице Alyona Alyona не утихают с октября — с того самого момента, как девушка выложила на YouTube остроумный клип «Рибки». Слушатели моментально попались на крючок. С тех пор Алена выпустила три сингла, сняла шесть клипов (в среднем — по два миллиона просмотров каждый) и 8 апреля выстрелила в упор альбомом «Пушка», моментально вырвавшимся в топы прослушиваний. Несмотря на то что рэп в СНГ — все еще мужская территория, Алену безоговорочно и с распростертыми объятиями приняли, кажется, все: от мастодонтов типа Влади из «Касты» до обитателей хип-хоп-портала The Flow. Феномен Alyona Alyona мы решили обсудить с самой Аленой.

Я не то чтобы историк рэпа, но не припомню случая, когда и артисты, и аудитория единодушно респектовали бы фрэшмену. Ощущение, что вы покорили всех: от Влади до зубоскальных комментаторов The Flow. Вы вообще сталкиваетесь с негативной реакцией?

Я не в праве говорить, что хейта совсем нет. Он есть. Кто-то нет-нет да напишет гадость в комментариях, обзовет некрасивой. На том же The Flow есть очень прикольные мемы про меня, шутки. Комментаторы довольно много стебутся. Возможно, этого не было после первого клипа «Рибки» — все присматривались, пытались понять, кто я и про что. А сейчас уже приняли как родную и относятся ко мне как к любому другому рэперу — не жалеют. Негативные комментарии можно найти под любым клипом.

От кого прилетел самый неожиданный респект?

От Басты. И от американского Vogue. Не знаю, как они на меня вышли. Для меня нонсенс, что американские редакторы нашли клип украинской девчонки — там же не 15 миллионов просмотров, а дай бог два. В Vogue заморочились, нашли русскоговорящую журналистку, мы общались на смеси английского и русского. Иногда девушка не могла сформулировать вопрос, я отвечала: «Говорите на английском, я постараюсь вас понять». Так и пообщались. От Оксимирона, конечно, приятно получить респект. В вечер перед выходом альбома («Пушка» — дебютный альбом Алены, вышедший 8 апреля. — «РБК Стиль») я была вся в хлопотах, готовилась к релизу, а мне начинают присылать сторис, где он на батле говорит: «Респект Алене Алене!» Я подумала: «Вау! Вот это Вселенная со мной говорит!» Прикольно было.

 

 

Вы не боитесь истории быстрого взлета? Понимаете, как оправдать большой кредит доверия и  работать дальше, чтобы не потерять хайп?

Стратегически высчитывать, как раскачать людей и удержать сто процентов публики, — неправильно. Нужно просто творить от души. Если ты думаешь: «Вот не дай бог я оступлюсь и все от меня отвернутся» или «Ой, что бы написать, чтобы раскачало, как вон тот трек?» — ничего не выйдет. Получится конъюнктурная музыка, вторичка, суррогат. Слушатель это почувствует и уйдет. Да, сложно сохранить вайб, настроение, вдохновение. Но можно пробовать разные схемы, идти новыми путями, экспериментировать. Не поймут — всегда сможешь вернуться на проторенную дорожку.

У вас вышло несколько хитов подряд. Вы, когда пишете трек, понимаете, что он выстрелит? Нащупали формулу хита?

Абсолютно нет. У меня критерий один: хочется мне повторить свой же текст, зачитать его еще раз или нет? Я пишу куплет, припев, слушаю и ложусь спать. Если утром вспоминаю, что написала, то трек имеет место быть. Если не помню — значит, не так выразила мысль. Не доработала. Еще — обязательно даю слушать новые песни детям. Они — главный измеритель успеха. У меня нет расчета: один трек будет бэнгерный, второй — проходной. Я во все одинаково вкладываюсь, каждый из них хорош по-своему.

© пресс-служба

Сколько треков вы таким образом забраковали?

Ой, достаточно. Я постила кусочки из них в Instagram. Был трек «Дикi танцi», «Я не бачу снiв», трек «Казка», на который даже видео хотела снять, но руки не дошли. Трек «Обiцянки» я залила в демо на YouTube и даже переслушивать не стала, потому что это был импульс. Захотела поднять социальную тему — подняла, высказалась, все. Еще есть несколько треков, которые не вошли в «Пушку», но я к ним присматриваюсь: если что-то поменяю, может быть, выпущу во втором альбоме.

Несмотря на то что девушек в рэпе становится все больше, все-таки остается ощущение некой нишевости женского рэпа. Почему до сих пор так много внимания уделяется полу и «женский рэп» считается чем-то побочным, что ли? И еще: вас ставят в один ряд с Машей Hima, Mozee Montana, но не кажется ли, что вы все равно немного из другой весовой категории, по крайней мере, по части продакшена?

Во-первых, тут главное — кто о чем читает. Почему чья-то музыка становится нишевой? Не потому, что ее делает девушка, не потому, что у девушки определенный голос, рост или вес, а потому, что ее посыл и текст не всем близки. Почему все так сложилось у меня: я начала читать о том, что близко многим. При этом не считаю свою музыку суперпанчевой. В чем-то я поверхностна. Но главное — честна. А про продакшен… Слушайте, ну я же покупаю биты у украинских битмейкеров, а не у американских. Это доступно каждому. Пусть роются в интернете, ищут, интересуются, кто кому какой бит написал.

© пресс-служба

Вы рассказывали, как звонили исполнительнице Miss MC из Тернополя и критиковали ее за писк. Во-первых, как она отреагировала? Во-вторых, есть ли у вас какие-то табу? Вот нельзя пищать. Чего еще нельзя делать, о чем читать?

Она очень адекватная девочка. Сказала: «Спасибо за мнение, но я читаю как хочу». Нет, ну слушай, если твой голос реально раздражает — как тут промолчать? Просто по ушам бьет… А я люблю покомандовать, поучить уму-разуму. Насчет табу. Я не хочу и не буду пропагандировать что-то запрещенное. Начиталась об этом в свое время, хватит. За артистом следуют и подражают его примеру. У 17-летнего ребенка есть ум, он фильтрует то, что слышит. А если треки слушает 11-летний? Он же считает тебя самым крутым. Надо всегда об этом помнить. И потом, самое сокровенное можно завуалировать, любую эмоцию можно передать метафорически, аллегорически.

 Некоторые молодые рэперы тяготеют к эскапизму — к некому затворничеству. Сидят днями и ночами дома, пишут музыку. Вы в этом плане одиночка или предпочитаете работать в команде?

Если ты просто дома пишешь что-то стоящее, то по-любому обрастаешь людьми, единомышленниками, готовыми работать за идею. Мы привыкли навешивать ярлыки: «Ой, все брехня! В нее миллионы вложены!» На самом деле нет. Любая работа имеет цену. Но иногда твое творчество настолько нравится людям, что они готовы работать с тобой просто так, потому что хочется ворваться в индустрию. Еще недавно таких людей в моей жизни не было: я платила абсолютно за все. Сейчас они появились — и я благодарна Вселенной, что обросла командой, как артист. Команда пополняется, я с удовольствием знакомлюсь. Российский исполнитель GONE.Fludd тоже постепенно сколотил команду. Так классно ведь! И если кто-то думает, что я деньги гребу лопатой и проплачиваю каждый шаг, — ок, ребята, думайте дальше.

© пресс-служба

Немного о лайвах. Как технически выглядит ваше выступление сейчас: читаете под плюс, ставите биты с ноута, как Oxxxymiron в свое время, или все живьем? И к какому уровню лайва вы хотите прийти? Есть ли какой-то ориентир среди исполнителей? 

​Лайв, он на то и лайв, чтобы делать наживо. Я читаю под минус с тихими бэками, мне помогает Элина Варавина как бэк-МС. Музыку включает с ноута диджей Коля Expert Макеев, делает живые скретчи. Я не думаю особо о том, как двигаться и что делать. Стараюсь максимально качественно читать и общаться с публикой.

Есть ощущение, что всех мало-мальски талантливых музыкантов на Украине так или иначе берет под крыло Masterskaya Ивана Дорна. Ощущение некой монополии — насколько оно ошибочно?

Masterskaya — прекрасная платформа для молодых исполнителей. Ваня Дорн устраивает прослушивания, выбирает, критикует, дает наставления — ни о какой монополии на артистов речи нет. Наоборот, они протягивают руку помощи, показывают широкой аудитории, что есть вот такой и такой молодой талант. У них нет конъюнктурной музыки — все самобытное, аматорское («любительское» по-украински. — «РБК Стиль»).

Я не вывела формулу хита. Треки делаю по принципу: хочется мне повторить свой же текст, зачитать его еще раз или нет?

Вы с одинаковым рвением даете интервью и музыкальным изданиям, и «Медузе», и телеканалам. Медиаобраз для вас важен?

Конечно. Со временем у меня появилась команда менеджеров, которые мониторят СМИ, обрабатывают запросы. Мы сотрудничаем с большим украинским пиар-агентством, они объясняют, в какие издания лучше идти — где какая аудитория. Для меня это очень важно, потому что я уже пару раз оступилась. Такая наивная была, хотела всем рассказать о себе. Теперь немного стала понимать эту науку.

Оступилась в каком плане?

Не буду тыкать пальцем, но некоторые глянцевые издания до сих пор ищут героинь плюс-сайз. Пытаются навешать на тебя, как на елку, свою одежду, обувь, украшения. Но я такая, какая есть. Я про спорт. Я надела блестящее платье один раз — ну не мое. Не хочется переламывать себя в угоду каким-то изданиям.

© пресс-служба

Я искренне удивилась, увидев  вас на украинской музыкальной премии Yuna. Казалось, как будто Big Baby Tape пришел на премию «Муз ТВ». У вас самой не возникло внутреннего диссонанса?

Абсолютно нет. В головы уже вбито, что телик — это попса и конъюнктура, а рэп — улица и аматорство. Это не так. От того, что я пришла в телевизор, я не начала петь под фанеру, не обросла танцовщицами в золотых платьях. Если для достижения цели надо выступить на «​Юне», на проекте «Голос країни», я пойду и сделаю это. Просто для того, чтобы провести нишевую музыку в телевизор. И сказать: «Эй! Смотрите, музыка бывает разной!» Почему нет? Я не буду прогибаться под телепродюсеров. Я выступаю, в чем хочу, и читаю, что хочу.

Насчет волны запретов рэп-концертов, которая пронеслась зимой по России. Как вы считаете, допустимо ли цензурировать рэп или нужна только самоцензура, о которой вы сказали раньше? То есть ставь ограничение 18+ и читай, о чем хочешь.

Считаю, что запреты — ответственность артистов. Есть закон. Исполнитель не должен его нарушать. Впрочем, как и правительство.

В разговоре с «Медузой» вы признались: «Вы вообще понимаете, что это такое — читать рэп на людях? Для меня это как раздеться догола. Я пока не готова. За всю свою карьеру я выступала с рэпом раз пять — и каждый раз я забывала слова». Во-первых, изменилась ли эта ситуация? Во-вторых, можете вспомнить, что чувствовали перед первым выступлением?

Сейчас я уже ничего не боюсь. Дайте мне только майк (микрофон. — «РБК Стиль») — я выйду и зачитаю красиво. Первое выступление было на открытии пространства Urban Space 500 в Киеве. Я безумно нервничала, во рту пересыхало от волнения, сердце буквально выпрыгивало из груди, не хватало воздуха, дрожали колени, трясся микрофон. Но от раза к разу это ощущение притуплялось. Я поняла, что люди приходят не судить меня, а порадоваться за меня. Сейчас дайте мне любую публику, которая даже не любит рэп, — я выйду и сделаю. Все.

© пресс-служба

Можете вспомнить самый странный или смешной случай из тех, когда вас узнавали?

Я поехала во Львов. Меня пригласили просто потусоваться, погулять — не как артиста. Ни афиш, ничего. Люди знали меня визуально — внешне я им запомнилась, а псевдоним почему-то нет. Прохожие тыкали пальцами, говорили «О! Ты, Рыбки-рыбки. Иди сюда!» Я очень смеялась. Было приятно.

Расскажите немного про клипы. В частности, меня интересуют два. Абсолютно сюрреалистичный «Рибки 2», где вы даете интервью программе «Дитячий час» (аналог «Спокойной ночи, малыши!». — «​РБК Стиль»). Второй — дико красивый и аутентичный клип «Падло» с Алиной Паш. Кто их снял?

«Дитячий час» снимал израильский режиссер Ян Болтов. Он же снял «Вiдчиняй». Мы вышли на него через друзей друзей, показали мою работу и спросили: «Хочешь ворваться?» Он ответил: «Конечно!» И придумал вот такой артхаус, вдохновившись постсоветским телевидением. Особенно Яна впечатлил Дiд Панас — был в Украине такой ведущий. Самое смешное, что вопросы «Дитячого часу» мне не показывали вплоть до начала съемок. Все происходящее в кадре было для меня сюрпризом. А «Падло» снял молодой человек Алины Паш, француз Натан Дэйзи, тоже музыкант. Он приехал к родителям Алины на Западную Украину и так удивился нашим писанкам, что придумал вокруг них целый фантастический сюжет и предложил нам.

Напоследок пару слов о стиле. Важен ли он для рэпера и какие бренды вы предпочитаете?

Важен в том смысле, что все должно смотреться гармонично. Внешний вид не должен резать зрителю глаза. Но я не особо парюсь насчет шмоток. Любимые бренды — из секонд-хенда. Обожаю покопаться там, найти редкие вещи H&M, Next, какие-нибудь крутые джинсы.

— То есть знаменитой рэперской логоманией не страдаете?

А смысл? У меня нет денег на последнюю модель кроссовок adidas, допустим. Могу купить китайские, но в чем прикол? Притворяться богатой не мой движ. И еще, если посмотреть с точки зрения экологии, люди ежедневно выбрасывают кучу шмоток. Вот зачем? Вещь же можно носить подолгу, пока не сносишь окончательно.