Стиль
Герои Баста: «Для многих мой успех и мои достижения — непереносимы»
Стиль
Герои Баста: «Для многих мой успех и мои достижения — непереносимы»
Герои
Баста: «Для многих мой успех и мои достижения — непереносимы»
© Георгий Кардава
В апреле рэпер Баста успел многое: выпустил новый альбом, открыл в центре Москвы мясной ресторан и дал большой сольный концерт (на подходе еще два — 19 и 20 апреля). «РБК Стиль» поговорил с ним о музыке, бизнесе и отношении к критике.

Музыкант, продюсер, детский писатель, YouTube-блогер, человек из телевизора и многопрофильный бизнесмен Василий Вакуленко, известный российской аудитории под псевдонимом Баста, встречает нас в пространстве «Газгольдер». Это лейбл, где записываются сам музыкант и его многочисленные подопечные. На Василии промофутболка его нового альбома «Папа на рейве», выпущенного в рамках проекта N1NT3ND0.

Вдоль стен «кабинета» Басты, большого двухэтажного лофта, стоят длинные рейлы с одеждой, под ними красуются выстроенные в ряд модные кроссовки. Вакуленко — известный охотник за «дропами» и «коллабами». Неподалеку стоит компьютер с синтезатором. «Послушайте, как поет, девчонке всего 14 лет», — Баста включает музыкальную запись от подающей надежды юной певицы. Наш разговор начинается с музыки, хотя интервью по большей части не про нее.

«Папа на рейве» — второй релиз вашего проекта N1NT3ND0. В чем его идея и почему альбом случился спустя целых восемь лет после выхода первого?

Я это назвал «возвращением дядюшки». Когда залез проверить альбом в iTunes, сам удивился, что уже восемь лет прошло — думал, всего пять. Мне хотелось посмотреть на тот образ, который у меня есть сейчас, в контексте N1NT3ND0. Отошедший от дел дядька 40–45 лет, которого в конце, естественно, убивают. Мне это показалось интересным.

Очень густое, «мазутное» звучание — дань трендам?

Нет. Первый альбом N1NT3ND0 тоже был тяжелый: такого «южного» звука тогда никто не делал. Но он получился востребованным, имел высокие рейтинги. Так что я хотел сделать такую прямую, тупую, вязкую музыку, без излишеств, очень маргинальную.

Я хотел немного поговорить про ваши многочисленные альтер эго. Вот есть песня «Делюга» с вашего нового альбома, а в ней слова: «Это наша, сука, делюга — убейся». Я когда готовился к интервью, слушал ее в наушниках, а в руках держал написанную вами детскую книжку — там среди героев — панда Миша, дракончик Гоша и жук Трипси. Параллельно на мониторе у меня программа «Голос» с вашим участием. Как вам удается множить все эти образы? Как технически это происходит? Я понимаю еще, когда Максим Фадеев книжки детские пишет — он в этом гармоничен. Но вы же брутальный ростовский парень.

Никаких особых технологий и систем нет. В обычной жизни, встречаясь с друзьями, мы говорим об одном. С детьми ведем себя по-другому. Когда приходим к маме, пытаемся быть лучше, удивительнее. Я просто документирую эти разные состояния. В одном треке Ноггано есть строчка: «Быть примером — это к президенту с премьером». Я не претендую на святость, но внутри меня есть четкое понимание, кто я такой, куда и зачем иду. Для моих слушателей самое неблагодарное дело — ждать от меня чего-то конкретного. Я делаю то, что мне по кайфу — с оглядкой на критику, учитывая замечания. Но у меня в любом случае есть собственное видение того, как должно быть.

© Георгий Кардава

Про критику. Судя по комментариям в соцсетях, многих людей от вас сейчас основательно «бомбит». И от проектов, и от музыки. В основном все сводится к тому, что «Баста уже не тот». Мне показалось, это по причине того, что люди не могут утрамбовать в голове все эти ваши ипостаси.

Понимаете, я был «не тот», когда только появился в музыке: не слишком рэп, не слишком рок, не слишком в формате радио. Все эти «не слишком» привели меня к пониманию: мое место — это только мое место. Невозможно что-то создавать и бояться претензий: иначе просто сгоришь, ничего не сделав. Люди слушают мою музыку, приходят на мои концерты. Разделяют со мной мои взлеты и падения, поддерживают. Да, им иногда сложно понять, как ко мне относиться, но и для меня это очень интересная игра. Существуют фанаты Ноггано, которые уничтожают Басту. Свои фанаты есть и у N1NT3ND0. Мне приятно, что люди на полном серьезе в это погружаются. Но что-то грязное и плохое все равно за редким исключением пишут боты.

Вы так говорите, как будто исследование на этот счет проводили.

А я и проводил. После того как прокомментировал пенсионную реформу и после трагической смерти Кирилла Толмацкого (у Басты и Кирилла Толмацкого был конфликт. — «РБК Стиль»). И все — нашла коса на камень. Стал вчитываться и увидел некоторое количество одинаково сложенных предложений, которые поступают с определенной частотой с закрытых аккаунтов. С другой стороны, ну да, меня ненавидит какое-то количество людей. Но что я могу поделать? Им не нужна моя правда, им нужно только меня обезличить и превратить в того, кто им нужен: в забитого, запуганного, растерянного человека.

Еще немного про комментарии в интернете. Я выписал себе один очень забавный: «Отстаньте уже от Басты, к нему нужно относиться как к Алле Пугачевой, как к примадонне русского рэпа». Вы согласны с этим?

Конечно нет. Некоторые люди воспринимают Instagram как платформу для выражения серьезных душевных переживаний, сливают туда свою неудовлетворенность жизнью, горечь от невозможности реализовать какие-то планы. Для большого количества людей, рэперов, музыкантов мой успех и мои достижения — непереносимы. Так что для кого-то я, может быть, и Алла Пугачева, но, если бы Алла Пугачева писала такие альбомы, как пишет N1NT3ND0, вот это было бы круто.

© Георгий Кардава

У вас есть сегодня моральный камертон? Ну кроме BadComedian (блогер раскритиковал Басту за оправдание пенсионной реформы, после чего музыкант публично извинился. — «РБК Стиль»).

BadComedian — это не моральный камертон. Он просто сублимирует какой-то понятный мне взгляд. Но если говорить об этой истории, то я все пропускал мимо ушей, а тут высказался, это было моим личным мнением. Мне удивительно, что Женя (настоящее имя BadComedian — Евгений Баженов. — «РБК Стиль») ничего не сказал про президента в своих роликах, а весь гнев, достойный «либерально настроенных борцов за свободу», был направлен на меня. Но я это принимаю.

Вы ведь ему звонили потом.

Сразу после того, как вышел ролик. Спросил: «Женя, ну ты же честный человек, почему ты мне не позвонил и не узнал мое мнение? Ты же не желтушник, не телевизионщик. Чем ты тогда от них отличаешься?» У меня к нему на самом деле столько же вопросов, сколько и у него ко мне. Например, относительно покровительства, которое он оказывал сериалу Быкова «Спящие»: Женя его не разнес в хлам, что следовало бы сделать.

А он на ваши киноамбиции как-то повлиял, раскритиковав еще и фильм с вашим участием («Газгольдер. Клубаре», где снимался Баста. — «РБК Стиль»)?

Нет, разумеется. Он блогер, который взял у американцев идею делать обзоры фильмов. Но рядом с ним не оказалось людей, которые бы сказали: «Жень, ты просто блогер, который делает смешные обзоры». Мне очень горько, что на наш первый фильм «Газгольдер» он снял именно такой обзор (BadComedian картину раскритиковал. — «РБК Стиль»). Мы не брали государственных денег и сделали все так, как умели. Но он тогда выступал в роли того, кто обсирает что-то интересное. BadComedian реально талантлив, спору нет, но почему-то все его видео, посвященные серьезному кино, на хрен никому не нужны. Вот что его должно беспокоить.

Вы выше Кирилла Толмацкого упомянули. Я, честно говоря, не планировал вас про него спрашивать, потому что вы уже сформулировали в одном из интервью свою позицию — что конфликт двух людей — это одно, а смерть человека, у которого остался сын, — другое, это трагедия. Вы ведь сына Кирилла знаете давно. Виделись с ним после смерти его отца?

Нет, не виделся.

А вы общаетесь?

Нет.

Не выражали соболезнований?

Нет, я высказался в Instagram. И, конечно, нашлись люди, которые писали неприятные слова в духе «лучше бы ты сдох». Я это сделал для себя и считаю правильным. Если чем-то могу быть полезным и помочь, всегда готов — ему и его маме.

Я не претендую на святость, но внутри меня есть четкое понимание, кто я такой, куда и зачем иду.

Давайте поговорим про ваш бизнес. Я знаю, что у вас открылся ресторан в Москве — реберная Frank. Это ведь первый ваш ресторанный проект? Как вы пришли к идее?

Первый, да. А к идее пришел так: появились ребята из Питера, которые предложили создать проект. Мы очень долго все обдумывали, разбирались, что к чему, и в итоге стало понятно, что это не противоречит моим взглядам. История интересная, я в ней почему-то уверен, так что мы будем максимально «раздуваться»: сейчас вот идут разговоры о Ростове.

Ростов-на-Дону — одна из российских гастрономических столиц сейчас.

Да, там очень много хороших ресторанов и вообще традиции кухонные богатые: в одном месте живут представители многих национальностей, все смешано-перемешано. Очень интересно!

Какие у вас сейчас еще бизнесы за рамками музыки?

Ресторан «Frank by Баста», аудиотехника Z, ювелирное кастом-агентство — сейчас как раз будем доделывать коллекцию. Ну, и еще несколько мини-проектов: например, спортивный клуб.

А что за аудиотехника?

Этот проект мы делали с коллегами и готовили его почти два года. Теперь он приближается к старту — скоро мы представим наушники и колонки MusicDealer. Это первая продуктовая линия Z. Мы очень долго выбирали модели, технику, механизмы, отсмотрели более 400 форм-факторов, чтобы выбрать оптимальные. Надеюсь, что все получится, потому что и сами наушники, и звучание, которое они воспроизводят, — высокого качества, особенно в сопоставлении с ценой. На мой взгляд, это очень достойный и конкурентоспособный продукт.

Вы планируете на нем зарабатывать?

Посмотрим. Сейчас бизнес вообще очень долгий. Чтобы получать деньги, нужно либо делать большие рекламные кампании, либо просто ждать.

Про рекламные кампании. У вас их довольно много в последнее время — KFC Battle, Head & Shoulders рекламируете. Много денег в рекламе платят, да?

Суммы, конечно, внушительные, но я снимаюсь в рекламе, потому что она дает мне возможность инвестировать деньги в мои основные проекты.

© Георгий Кардава

То есть это делается с целью иметь средства для инвестиций в музыку?

Скорее, для того, чтобы избегать ненужного продакт-плейсмента. Допустим, я снял сопроводительное видео для песен N1NT3ND0 на сумму 5 млн руб. Если бы там был какой-то продакт-плейсмент, это потеряло бы смысл, концепт рассыпался бы на глазах. Поэтому партнерские отношения нужны, чтобы иметь возможность вкладывать дополнительные деньги куда-то еще. К тому же шампунь Head & Shoulders у меня и сам по себе в райдере значился.

Вы реально им пользуетесь?

Да, привык к нему. Я не привередливый в этом плане. Ножки куриные из KFC тоже ем.

А предлагали что-нибудь из очень дорогих вещей рекламировать?

Нет. Я слишком простой, и для меня это — лучшая оценка моего уровня.

В одном из интервью вы сказали, что хотите рекламировать Rolls-Royce.

А кто не хочет? Но я реалист и понимаю: для того чтобы рекламировать Rolls-Royce, необходимо быть замечательным, серьезным, большим актером. Ну, или каким-нибудь супермузыкантом. А я не супермузыкант, я — просто музыкант.

Но вы деятель шоу-бизнеса, крупная рыба.

Крупный карась. Нет, я вижу, что люди приходят на концерты, слушают мою музыку. И самолеты я бы тоже мог рекламировать. Но выручку все равно превращал бы в какой-то продукт.

В шоу GazLive, например. Что, кстати, с ним будет дальше? (YouTube удалил выпуски из-за рекламы букмекерских контор. — «РБК Стиль».)

Не знаю, посмотрим. Я, честно говоря, хочу закончить год с проектом «Песни» (шоу талантов на телеканале ТНТ, где Баста входит в судейский состав — «РБК Стиль») и заняться музыкой: очень много потратил сил на «Голос», жил на разрыв и думал, что сойду с ума. Сейчас готовлю к выпуску два электронных альбома, один — эмбиент. Накопилось очень много материала, записать который не было ни времени, ни сил.

Вам в качестве ведущего YouTube-шоу понравилось быть?

Мне было очень страшно и очень сложно: я ведь понимаю, что я не Юрий Дудь. Для меня Юра — вообще космос. Конечно, я знаю, что такое журналистика и профессионализм, но всегда трезво оценивал свои способности — в этом смысле довольно средние. Но я очень благодарен GazLive за то, что раскрепостился и научился не бояться задавать людям неудобные вопросы. Хотя мне все равно не хочется никого обижать.

Какой ваш самый любимый выпуск?

Мне очень понравился выпуск с Максимом Галкиным: какой бы вопрос мы ни подготовили, он все понимал, ко всему относился с юмором и смотрел на нас, как на детей. С Филиппом Киркоровым был очень смешной, с Безруковым, с Лепсом отличные. А самый тяжелый — с Милоновым.

Вообще в GazLive было довольно много смешных шуток и качественного троллинга.

Спасибо, я рад, что это было заметно. Правда, главный троллинг, рассчитанный на Олю Бузову, никто не понял. Я написал ей песню специально для шоу и снял свое видео, а мне потом писали: «Зачем ты сделал песню с Бузовой? Как ты мог?!» Мне жена, кстати, заранее говорила: «Вася, люди не догадаются, что это стеб». Так и получилось в итоге.

Вам одинаково комфортно и в YouTube, и на ТВ?

На ТВ — посложнее: «Голос» — это вообще высшая лига, очень высокий уровень. В седьмом сезоне, правда, было очень легко, очень смешно, очень по-настоящему — благодаря Серому (одним из наставников седьмого сезона шоу «Голос» стал Сергей Шнуров. — «РБК Стиль»). Мы превратили все в очень крутую игру, но на «Песнях» в любом случае полегче.

© Георгий Кардава

Давайте к музыке вернемся, а точнее — к вашему лейблу «Газгольдер». У вас довольно продуктивная организация, выходит много музыки. Хип-хоп-артисту важно сегодня выпускать материал часто и стабильно?

Все зависит от желания и понимания себя. Мы никогда не давим: «Тебе надо выпустить песню». Артист просто приходит и говорит, что у него есть новый трек, и он считает, что это — шлягер.

Но вы можете представить себе ситуацию в «Газгольдере», когда музыкант, как, например, Oxxxymiron, не выпускал новых альбомов с 2015 года?

Да и правильно, что не выпускал. Зачем? Oxxxymiron — фигура, рок-звезда. Он не только записал удивительную музыку и может свои песни гордо петь всю жизнь, и у него всегда будут поклонники. Он сам по себе — большой человек.

Кто-то говорит, что он зашел в творческий тупик.

Мне кажется, это его игра. В истории музыки есть много артистов, которые, выпустив даже один-единственный или совсем немного альбомов, все равно остались классиками. Есть такие, про кого поклонники вообще думают, что их инопланетяне похитили. У Оксимирона свой, особенный путь. Как он боролся со всем русским рэпом, как доказывал свое право на жизнь, как всех разорвал, каким он стал. И вместе с ним все это пережили его поклонники. Я не во всем с ним согласен, но он мне очень интересен.

В какие моменты вам бывает тяжело и грустно?

Когда происходят истории вроде той, что была с пенсионной реформой, и на меня начинается атака. Мне тогда было очень трудно и горько. Я за всю свою жизнь не принимал участия ни в каких политических акциях, а тут одно мое высказывание притянуло ко мне столько агрессии и вызвало столько боли. Сейчас уже полегче стало, я провел определенную работу. Для меня это был важный опыт, потому что мои люди очень меня поддерживали, вступали в перепалки с этими бесконечными ботами, комментаторами. Постепенно оно все рассосалось. Но я правда в процессе переживал так, как будто меня били молотом. Мне как инфантильному ребенку хотелось отстоять свою правду и доказать, что я не такой человек.

Просто многие люди подумали, что это, скорее, дежурное интернет-прости.

Я понимаю, как это выглядело. Но я вообще никогда не считал, что извиняться — стремно. Если не прав — извинюсь, мне не сложно. С другой стороны, я не могу гнаться за людьми, распинаться, доказывать свою правоту с криками: «Ребята, клянусь вам, мне не заплатили, я просто сказал свое мнение, опираясь на то, что тогда знал. Простите меня!» Мы живем в новом времени, и на самом деле надо просто выходить на свои концерты и петь.