Стиль
Герои Группа «Хлеб» — о падениях в зал, джингле Дудя и работе с Little Big
Стиль
Герои Группа «Хлеб» — о падениях в зал, джингле Дудя и работе с Little Big
Герои
Группа «Хлеб» — о падениях в зал, джингле Дудя и работе с Little Big

Денис Кукояка, Александр Шулико и Кирилл Трифонов

© Георгий Кардава
6 сентября «Хлеб» выпустил сингл под названием «Ебобо» с будущего альбома «Звезды». Мы встретились с рэп-хохмачами в преддверии релиза и узнали, как придумывать хиты и выстраивать отношения с продюсерами, а также выяснили, чего не хватает русскому рэпу.

Денис Кукояка, Кирилл Трифонов и Александр Шулико отличаются странным обезоруживающим чувством юмора и пестрой биографией. Насмотревшись «Прожекторперисхилтон», троица пристрастилась к видео и добралась до YouTube задолго до того, как интернет в принципе начали воспринимать всерьез. Сначала было «Чтозашоу» с шуточными обзорами на фильмы, клипы и технику от «петрозаводских критиков» в исполнении сами понимаете кого. Затем — «Мне нравится», стебный обзор страниц российских звезд «ВКонтакте» на канале «"Спасибо", Ева!», скетчи «Рассказать друзьям» и интернет-сериал «Полицейские будни», который залайкали создатели «Реальных пацанов».

Так три бойких юморных товарища, еще не ставшие «Хлебом» в нынешнем понимании, ворвались на ТНТ и, кажется, выжали из телевидения максимум. Снялись в московском сезоне «Реальных пацанов», Денис Кукояка сыграл главную роль в сериале «Гражданский брак», и все вместе два года трудились над сериалом «ЧОП» в качестве креативных продюсеров и сценаристов. А в 2016 году душа окончательно потребовала музыки: парни попрощались с ТНТ и с головой нырнули в океан русского шоубиза и юмористического рэпа, в котором бравым крейсером ходят по сей день.

В активах группы «Хлеб» нетленки «Плачу на техно», «Курточка Stone Island», «Сом», «Шашлындос», туры на 40 городов, лайв в «Вечернем Урганте», по два солд-аута в Adrenaline Stadium подряд — не всякий маститый русский рэпер может похвастать таким набором. Контрольный выстрел: 17 октября ребята представят альбом «Звезды», а 9 ноября снова взбодрят Adrenaline Stadium на редкость зрелищным для российской сцены шоу.

Начнем с простого. Сейчас все идут в интернет, на YouTube. Вы сделали интересный кульбит, перепрыгнув с YouTube на ТВ и обратно. Почему было важно попасть в телевизор?

Денис: Лично я стремился из-за детских мечт. Всегда хотелось быть актером телесериала или кинозвездой. А вы, пацаны, зачем хотели в телевизор?

Александр: Потому что казалось классным сделать свой продукт и показать его на телике.

Кирилл: Это и сейчас, в общем-то, классно, просто мы этим уже не занимаемся.

Денис: Раньше было как: если ты сделал что-то в интернете и тебя с этим продуктом пригласили на телик, значит, продукт суперкрутой. Сейчас это правило не особо работает: люди из интернета отказываются идти в телевизор — незачем. Более того, раньше всех привлекали телевизионные бюджеты, отличавшиеся от бюджетов YouTube в десятки раз.

Кирилл: Один выпуск шоу обходился нам в 5 тыс. руб., а одна серия «ЧОП» стоила 5 млн руб.

Александр: Мы были в полном восторге, когда увидели, что нашу идею воплощают в жизнь сотни человек.

Денис: Правда, в этом же был и минус. Когда 100 человек корпят над твоей идеей, на выходе получается совсем не твоя идея. А в интернете — на 100% твоя.

© Георгий Кардава

Есть ли у вас ощущение, что нынешний YouTube — тот же телевизор?

Денис: Да, по мне, YouTube — то же самое телевидение. Мы же стояли у истоков российского YouTube — это не хвастовство, а констатация факта — и казалось, что занимаемся современным искусством. Время показало, что все, что есть на ТВ, не просто так. Люди хотят смотреть Малахова, поэтому в YouTube уже есть свой Малахов. Люди хотят смотреть «Форт Боярд» — пожалуйста, есть «КЛИККЛАК».

Кирилл: Борьба телика и YouTube длится не первый год. Раньше большинство зрителей голосовало за телик, сейчас — обратная тенденция, телевизор перешел в интернет. В телевизионной лодке остался, пожалуй, только Владимир Познер, утверждающий, что на YouTube нет настоящих журналистов. По-моему, в YouTube и люди, и бюджеты если не лучше телевизионных, то уж точно наравне.

Александр: Если раньше YouTube был альтернативной площадкой, то сейчас он работает по законам шоу-бизнеса.

Денис: Поэтому лет через 15 молодежь будет относиться к YouTube так же, как сейчас к телевизору: «У меня батя YouTube смотрит, а я в TikTok сижу».

Сейчас модно обижаться на все подряд, особенно на высказывания в интернете. Равно как и извиняться за них. Вы когда снимали «Мне нравится», не то чтобы опасались реакции «препарируемых» звезд. Правильно?

Денис: Да. Мы сделали обзор на страницу Ксении Собчак — она отреагировала позитивно.

Александр: Написала «Круто! Обзор очень понравился, но у меня нет страницы "ВКонтакте"».

Денис: Все-таки люди были достаточно далеки от всех этих интернет-форматов, чтобы воспринимать их всерьез. Сегодня скорость высказывания и скорость реакции молниеносны, поэтому логично, что блогерам прилетают претензии. Раньше было проще.

© Георгий Кардава

Канал ТНТ, на котором вы трудились, славится платформой ТНТ-Premier с не стыдными российскими сериалами типа «Домашнего ареста», «Звоните Ди Каприо!». Вы, наблюдая этот скачок, хоть раз пожалели о том, что, может быть, рано ушли, могли бы поработать над хитовым проектом?

Кирилл: Нет. Мне кажется, ТНТ начал взрывать еще до нашего прихода, когда появились всероссийские хиты: «Реальные пацаны», «Физрук», «Ольга», «Бедные люди».

Денис: Мы никогда не жалели. Проработали на ТНТ три года и сделали осознанный шаг в сторону улучшения нашей карьеры.

Кирилл: Мы просто работали на два фронта: интернет и сериал, а потом поставили все на интернет, на «Хлеб». И не прогадали.

Денис: Через несколько месяцев после ухода с канала у нас был солд-аут в Adrenaline Stadium. Нам было некогда и не о чем жалеть.

Кирилл: Пока мы не ночуем в коробке, не будем думать, что что-то упустили.

Вы рассказывали, насколько энергозатратна работа сценариста: на написание сцены уходит не одна неделя и десяток драфтов. Писать треки — легче? Сколько версий текста вы можете забраковать?

Кирилл: Мы едва ли кардинально переписываем песни. Скорее, на начальном этапе отсекаем демки, а текст остается с минимальными корректировками: меняем союзы, глаголы, но посыл оставляем.

Александр: У нас есть песни, так и оставшиеся на этапе демки, мы их не выпускаем. Есть и сведенные треки, которые ждут, пока мы все трое в едином порыве решим их явить миру. То есть мы сначала записываем, а потом решаем, будет песня жить или нет.

Денис, вы как автор треков можете вспомнить самые необычные условия, в которых придумали очередной хит?

Денис: Раньше я пытался игнорировать спонтанные идеи. Сейчас сразу записываю, потому что заметил, что не все запоминается.

Александр: После тридцати.

Денис: Вообще, стараюсь привозить по песне из каждого путешествия. Примеров не приведу, но могу рассказать, как родился «Шашлындос». Меня тогда очень расстроил отказ Федука в фите (совместном треке. — «РБК Стиль»). Мы написали другой текст на музыку «Шашлындоса», дали послушать Феде, он не понял идею. Я гулял с собакой, грустил. За домом — большая поляна, на которой люди через каждые два метра жарили шашлыки. Ну, я и подумал: «О! Шашлындос!».

Кирилл: На эту идею Федя согласился бы 100%.

Денис: Он потом написал, что вышедшая песня ему очень понравилась.

Александр Шулико
© Георгий Кардава

А вам вообще часто отказывают в фитах? И как получился фит с группой «Серебро»?

Денис: К нашим менеджерам обратились из лейбла MALFA, предложили записать трек с Олегом Майами.

Александр: Фадеев и обратился. Мне очень приятно так думать.

Денис: Мы не очень понимали, что интересного можем сделать в такой коллаборации, и ответили, что круто было бы записать песню с «Серебром». К удивлению, они очень быстро согласились.

Александр: А мы хотели просто на девчонок посмотреть.

Денис: Я так стеснялся, когда мы познакомились! Они крутые, все такие в обтягивающем, губы накрашены… И не знают, что мы делали с журналами, в которых они снимались.

Кирилл: Читали, конечно. Что же еще?

Денис: А процент отказов был самый высокий при записи альбома «Пушка». В 2017 году предлагали фиты очень многим рэперам: Влади, Джигану, Фараону, Оксимирону. Все отказались.

С какой формулировкой?

Денис: Да все по-разному ответили. Оксимирон, Влади и Джиган отказались участвовать в одной и той же песне. Мы хотели, чтобы второй припев в «Хочу прическу как у Pharaoh» исполнил лысый рэпер. Влади сказал, что «Хлеб» слишком жесткий для него, Джиган оказался другом Фараона, а Оксимирон просто промолчал.

Денис Кукояка
© Георгий Кардава

Вы — пионеры не только YouTube, но и юмористического рэпа. До вас ироничными треками славился только Big Russian Boss. Не тяжела ответственность?

Александр: Приятно думать, что мы запустили волну самоиронии.

Кирилл: Мы давно говорили, что артисты слишком серьезные, лелеют свое артистическое эго и не могут над собой посмеяться.

Денис: Кажется, мы перестали быть комедийными рэперами. Допустим, Федук может спеть о том, что «курит член». И как нам конкурировать с таким панчлайном? (Панчлайн — цепляющая фраза, вызывающая реакцию слушателя. — «РБК Стиль».)

Кирилл: Даже сам Филипп Бедросович спустился на уровень комедии благодаря Саше Гудкову. Но в целом, да: мы задали этот тренд, мы — короли.

Когда вы почувствовали, что к вам начали относиться как к серьезным артистам, а не как к забавляющимся блогерам?

Денис: Когда The Flow репостнули наш первый клип. Это наивысшая похвала, потому что The Flow не публиковал блогеров. Одновременно с нами появился еще один чувак, читающий смешной рэп, но о нем не писали, и он бомбил в комментах: «Почему вы постите "Хлеб", а не меня? Это я смешной рэпер!».

Кирилл: А насчет общественного признания непонятно. Мы скорее сами отмечаем собственные достижения: сначала перебрались из «16 тонн» на 500 человек в трехтысячный Yota Space (с 2017 года площадка называется «Главclub Green Concert». — «РБК Стиль»), а затем — в семитысячный Stadium. Потом нас позвали на «Вечернего Урганта» — тоже мысленно поставили галочку.

Денис: Перед Yota Space мы думали, что группу «Хлеб» вообще пора закрывать, она никому не интересна.

Кирилл: Мы рассчитывали на тысячу зрителей — это уже была бы победа.

Денис: Перед нами Big Russian Boss собрал в Yota Space 900 человек. А у нас бац! солд-аут.

Кирилл: Мы даже не подготовились толком. Помню, я поехал в прокат, чтобы взять камеру, которая будет транслировать картинку со сцены. И первые наушники — систему мониторинга — тоже купили за день до концерта.

Александр: Причем только вы вдвоем.

Кирилл: У нас не было звукорежиссера. Главный техник клуба говорит: «Скоро выступление, давайте подключим пульт». Мы отвечаем: «Подключайте». А он: «Так вы должны были его привезти». До концерта оставалось часа четыре. В итоге, конечно, все разрулили и был отпадный концерт, после которого никто из нас не мог уснуть.

Александр: А к «Вечернему Урганту» мы ответственно подошли — сняли репетиционную базу, готовились.

Кирилл Трифонов

«Вечерний Ургант», как и Stadium, который вы соберете третий раз подряд, — это закрытые гештальты. А что насчет открытых? Где еще хотите поставить галочки?

Денис: Конечно, собрать стадион. Стадион, стадионный тур, стадионный клип.

Кирилл: Неплохо было бы написать мировой хит.

Александр: Да, как у Эда Ширана.

Кирилл: Чтобы попасть в Billboard.

Вы работаете с Little Big Production. Можете рассказать, на каких условиях, поскольку это не лейбл в привычном понимании слова? И, на ваш взгляд, изжила ли себя схема «артист — продюсер» на фоне волны скандальных уходов музыкантов из Black Star и MALFA?

Кирилл: Давайте определимся с терминами. Мы работаем в Little Big Family — в названии и кроется ответ на вопрос.

Денис: Мы не связаны контрактом. Все держится на доверии, дружеском фундаменте и устных договоренностях. Мы пришли к ребятам с готовым проектом, уже даже откатав первый маленький тур. Нашли в их лице команду турбопрофессиональных менеджеров. Я в июле провел два дня за кулисами VK Fest и в очередной раз убедился, что Little Big Family — номер один по профессионализму в России в плане менеджмента. Что касается классической продюсерской схемы, она всегда будет кому-то да нужна.

Александр: Конечно, как опция.

Денис: Есть люди со среднестатистическими вокальными данными и довольно хорошим лицом, которые не хотят работать сами.

Александр: Либо наоборот — они готовы работать, но не могут заниматься дистрибуцией.

Кирилл: Хочешь — работай с менеджером, хочешь — с продюсером, пусть он тебе объяснит, как делается промо, как выстраиваются отношения с радиостанциями и снимаются клипы. А потом отправляйся в свободное плавание.

Александр: Вот Spotify запустил сервис для самостоятельных инди-исполнителей, а потом прикрыл. Потому что неэффективно: нужны дистрибьюторы, которые будут продавать и пушить музыкальный контент.

Денис: Но мой совет читателям — вас же читают начинающие музыканты — сколачивать собственную команду и двигаться постепенно. На выходе из любой большой машины вы будете чувствовать, будто вас обокрали. Когда у людей особо ничего нет, они готовы жертвовать всем ради популярности.

Можете рассказать, допустим на примере видео «Опа», как вы придумываете клипы?

Денис: «Опа» — идея Алины Пязок и Ильи Прусикина, они предложили сделать К-поп. Мы тоже давно этот жанр обсуждали и хотели снять что-то подобное. Супермагии никакой нет.

Александр: Благо, мы выглядим так же молодо и свежо, как все корейские исполнители. На самом деле это была проблема: мы, даже в париках, немного не соответствовали образу красивых, хорошо двигающихся, чисто поющих юношей.

Денис: Мы как отец, который пришел на вписку и пытается влиться в коллектив.

Кстати, а вы кого из русских рэперов слушаете? И вообще, бесит ли вас что-то в русском рэпе?

Кирилл: Я мало слушаю новый русский рэп. Скорее старый и более лиричный, типа Krec. В современном рурэпе не хватает романтики. Не в том аспекте любовь освещается. Я люблю ехать по пустой трассе, наблюдать закат и слушать романтичные треки.

Александр: Да вся музыка крутая. Нас ничего не бесит.

Денис: Пацаны скомкано отвечают, потому что не слушают русский рэп. За его популяризацию в нашей троице отвечаю я. Слушаю все релизы. Мечтаю, чтобы рэп стал еще популярнее. Русский рэп классный: есть тупой, есть умный, есть… А, ну все, два рэпа. Тупой мне очень нравится — под него можно просто качаться и не думать ни о чем. Кирилл, послушай трек Фейса «Baby». Фейс — главный романтик нашей сцены.

Вспоминая самое неудачное выступление, вы рассказывали о сборном концерте в «Лужниках», когда вас поставили петь у брендволла и публика проходила мимо, не задерживаясь. А было ли выступление, на котором вас, допустим, освистали?

Александр: В Риге нас закидали льдом.

Кирилл: Проблема была не совсем в нас. Бесплатная вечеринка в самом лучшем клубе Риги. Туда приходит тысяча человек в брюках, рубашках, красивых лакированных туфлях, пьют коктейли — понятно, пришли потанцевать под хаус. И тут они слышат со сцены: «Малыш, не бойся, давай в очко». Люди же не понимают, что речь о картах (строчка из трека «21» про карточную игру. — «РБК Стиль»). И кидают льдом. Честно говоря, я не припомню провальных билетных концертов.

Денис: Лед кидали еще на вечеринке алкогольного бренда. Все потому, что мы очень горячие.

© Георгий Кардава

В этой связи у вас появились табу? Например, не выступать в клубах?

Денис: Появились лайфхаки. Например, на корпоративах выступаем в очках. Кто-то очень мудро сказал, что перед сотней человек выступать тяжелее, чем перед битком набитым стадионом. А на корпоративах чаще всего меньше сотни человек.

Кирилл: Однажды мы выступали перед четырьмя 14-летними подростками. Там очки очень пригодились.

Самый безумный корпоратив, от которого вы отказались?

Кирилл: Корпоратив «Теремка».

Денис: Я проклинаю Кирилла по сей день. Я обожаю «Теремок»: не во многих местах меня уважают, называют «сударем». А Кирилл променял дорогущее выступление на отпуск в Таиланде. Но вообще, нас не то чтобы часто заказывают на корпоративы.

Кирилл: Потому что богатые люди, как правило, взрослые. Это не наша целевая аудитория. Вот в «Рокетбанке» работает одна молодежь — у них мы выступали. А на рублевской даче можем спеть разве что «Сома», потому что хозяева наверняка любят рыбалку.

Александр: Ну, и «Шашлындос». Вообще, теперь мы рассчитываем на корпоратив РБК.

Лет через 15 молодежь будет относиться к YouTube так же, как сейчас к телевизору.

А часто бренды или компании предлагают вам написать для них трек?

Денис: Бренд виски попросил написать песню под их мероприятие. Трек получился очень смешной, с крутейшим припевом, но юристы разглядели странный намек и зарубили трек. Прошло года два. Юрий Дудь, который вел то самое мероприятие, запустил свое шоу и попросил сделать из этой песни джингл.

Александр: До сих пор не отбиться от просьб написать джингл «как у Дудя».

Денис: В какой город мы бы ни приехали, журналисты считают своим долгом спросить: «А как вы написали "Юрий будет Дудь"?». Раньше спрашивали: «Почему "Хлеб"?», а теперь еще и про джингл. Из заказных песен — еще KFC предлагали рекламный трек написать, но не срослось.

Александр: Зато бесплатных крылышек поели.

Кирилл: Потом мы встречались с человеком из сериалов, который попросил написать заставку.

Денис: Человек из сериалов? Кевин Спейси? Кстати, в «Карточный домик» могли бы взять «Малыш, не бойся, давай в очко».

Ваши концерты отличаются редкой для русского рэпа зрелищностью. А чье шоу, из свежеувиденных, зацепило вас?

Денис: Я посмотрел «Homecoming» Бейонсе и теперь мечтаю, чтобы мы переплюнули ее по зрелищности шоу. Тоже хочу 600 танцоров, хочу трясти пушистой гривой. Еще классно сделать концерт в амфитеатре, как Дрейк.

Александр: Вообще, мы мечтаем, чтобы люди на наших концертах бесновались, как на концертах западных рэперов. В какой-то момент я даже начал прыгать в зал. Такое чувство потрясающее…

Денис: Когда не ловят.

Александр: Однажды я вошел в раж и, не подготовив толпу, просто обрушился на пол.

Денис: Директор питерского клуба А2 сказала, что была на многих концертах, и на первом месте у нее The Rolling Stones, а на втором — «Хлеб».

Александр: Что странно, потому что мы думали, что «Хлеб» на первом.

Денис: Мы часто выступаем себе в ущерб, потому что вкладываем огромные финансы в летающие сцены и прочие пушки, выстреливающие конфетти.

Кирилл: В прошлом году одна только раздвижная платформа в Adrenaline Stadium по стоимости превысила наш гонорар.

Вы рассказывали, как на первых порах организаторы вас обманывали. Например, оставили без гонорара и обратных билетов во Владивостоке. Сейчас проблем поубавилось?

Денис: Определенно. Из запоминающихся: в Перми к нам в гримерку ворвались фанаты. Кирилл, как самый крутой чувак, спокойно сказал им: «Ребята, ну вы чего?».

Александр: Их выпроводил наш турменеджер Петя. В следующий раз во время концерта на сцену вылез человек и начал с нами танцевать. А Петя всегда защищает артистов, поэтому лучше не взбирайтесь на сцену ни к Little Big, ни к нам — Петя снесет вас, как регбийный игрок. И вот человек вылез, а Петя отвлекся. Кирилл поет свой текст и параллельно шепчет в микрофон: «Петя… Петя…».

Денис: Вообще, если раньше все трудности с жильем, гонорарами и прочим мы разруливали сами, то с появлением менеджеров жить стало легче. Самая большая проблема из последних — в Тюмени мне стали жать кроссовки на сцене, я их отдал кому-то из зала.

Про что вы не будете шутить ни в треках, ни в жизни?

Денис: Есть внутренние стоп-темы. Мы не хотим задевать кого-то. Когда пишешь шутку, не думаешь, что можешь обидеть людей. В «ЧОП» мы придумали панч про солиста группы «Рондо». Оказалось, что мой сосед был звукорежиссером группы. Он объяснил, что шутка обидная. Не обязательно оскорблять людей, чтобы было смешно. Вокруг и так достаточно смешного. Хайпить на всяком дерьме не наш метод. Единственное дерьмо, на котором мы хайпим, — настоящее.

А над чем сами смеетесь?

Денис: Над скетчами актера Антона Лапенко в Instagram.

Александр: В одном видео он пошел за грибами и прыгнул в болото с головой. Вынырнул с большим грибом и сказал, что это — подболотник. Для меня это шокирующе и смешно.

Денис: Нас с Сашей смешит именно тупорылая чушь.

Кирилл: А я люблю шоу на YouTube: «Comment Out», «Что было дальше?».

Александр: Обожаю этих чуваков из стендапа! Агрессивные юмористы, очень нравятся.

Группа «Хлеб» существует седьмой год, вы работаете вместе и того дольше. Как удается не устать друг от друга?

Денис: Тяжелее всего должно быть именно со мной. Кирилл в телефоне постоянно, с ним проблем нет. Саша тоже нормальный, когда высыпается.

Александр: Секрет в том, что мы разные.

Денис: Внешне?

Александр: Разумеется. Секрет в том, что не путаем друг друга.

Кирилл: Ты прав, Денис.

Александр: Повезло, что у нас разные интересы. Иначе рассорились бы давно.

Денис: Как по мне, настоящая дружба — когда ты с человеком можешь сутки просидеть молча, без ощущения, что обязан что-то рассказать. С ребятами именно так.

Александр: А еще дружба — когда человека можно назвать «блевотиной» и он не обидится.

Опишите новый альбом одним предложением. Почему его стоит ждать?

Денис: Новый альбом — самый огромный музыкальный экспириенс за всю нашу карьеру. То, что мы выпускали до него, — детский сад.

Кирилл: Считайте, что до этого мы производили кнопочные Nokia, а сейчас представим iPhone.