Стиль
Впечатления Как прошли ярмарки Art Basel и Design Miami / Basel в Базеле. Репортаж
Впечатления

Как прошли ярмарки Art Basel и Design Miami / Basel в Базеле. Репортаж

Фото: пресс-служба
Осень — урожайное время для поклонников современного искусства и дизайна. О том, чем запомнились ярмарки Art Basel и Design Miami / Basel в Базеле, рассказывает Марина Ширская

В сентябре в Базеле одновременно проходило сразу несколько ярмарок: главная и крупнейшая Art Basel и демонстрирующая коллекционный дизайн Design Miami / Basel, рассчитанная на более скромные бюджеты Volta, представляющие молодых художников June и Liste (обе проводили свои сессии под крышей все того же выставочного центра, что и Art Basel, — Messe Plaza) и небольшая, посвященная в основном графике Paper Positions. Музеи как всегда подготовили ударные экспозиции. В Kunstmuseum проходила первая большая ретроспектива американской художницы Кары Уокер, Фонд Бейлер звал на выставку «Close Up», на которой представлены около 100 портретов женщин-художников от Фриды Кало до Синди Шерман и Элизабет Пейтон. Даже в залах знаменитого Гетеанума, в расположенном неподалеку Дорнахе показывали выставку живописи Хейкедин Гюнтер. А на кампусе Vitra в Вайле-на-Рейне по традиции закатили шумную вечеринку по случаю открытия выставки «Женщины в дизайне», в которой упоминались текстильные эксперименты Варвары Степановой и Любови Поповой, а также интерьеры космических кораблей Галины Балашовой.

Ярмарка Art Basel

Самое пристальное внимание было сосредоточено на Art Basel: после переносов, отмены трех мероприятий и нескольких онлайн-сессий это первая столь масштабная ярмарка, проходящая в Европе в режиме IRL (In Real Life), иными словами — в докарантинном формате. Сложности и опасения были и у организаторов, и у посетителей, и, конечно же, у галеристов. Но тем не менее ярмарка собрала под своей крышей 272 галереи из 33 стран мира, что совсем немногим меньше, чем в 2019 году. Техническая часть, касающаяся ковидного протокола, была выполнена почти безупречно, QR-коды прививочных сертификатов и отрицательные результаты тестов, делающихся тут же без всякой очереди, обменивались на браслеты, позволяющие свободно перемещаться по всем ярмаркам. В помещениях все исправно носили маски, что приводило к курьезным случаям, когда люди, обознавшись, начинали весело извиняться друг перед другом. В целом же никто не скрывал радости от того, что все происходит в реальной жизни. Посетителей в сравнении с прошлыми годами было заметно меньше, за все время работы ярмарки ее посетило около 60 тыс. человек. Это можно объяснить почти полным отсутствием коллекционеров из США и Китая, а эти страны, согласно последнему отчету, составляют на сегодняшний день 44% и 18% от мирового рынка соответственно. Однако многие из опрошенных галеристов сказали, что уменьшение потока посетителей позволило в спокойном темпе и намного качественнее пообщаться с европейскими покупателями искусства, которые любят приобретать его в более размеренном темпе.

Фото: пресс-служба

Как была устроена ярмарка

Чтобы убедить сомневающихся арт-дилеров принять участие в ярмарке, организаторы учредили «фонд солидарности» в размере 1,5 млн швейцарских франков, который будет распределен между галереями, разочарованными своими продажами, рассказал генеральный директор ярмарки Марк Шпиглер на пресс-конференции. Очевидно, что после подведения итогов окажется, что одни галереи заработали достаточно много, другие окупили затраты, но будут и такие, которые остались в убытке. Отказавшись от проверки бухгалтерских отчетов, Art Basel предложил всем участникам в течение двух недель сообщить, хотят ли они воспользоваться 10-процентной скидкой на аренду стендов или готовы оставить эти деньги в пользу тех, кто не был столь удачлив. Последние таким образом получат более крупную компенсацию. В первые же дни несколько галерей, сделавшие удачные продажи, заявили о том, что не воспользуются скидкой. Среди них — галерея Nagel Draxler, сооснователь которой Саския Дракслер говорит: «С самого начала мы почувствовали, что ярмарка удалась. На ней была потрясающая энергия и отличная атмосфера. Нет ничего лучше живого общения. Мы приняли решение не прибегать к помощи фонда солидарности».

Несмотря на то что ярмарка заявила о намерении выходить в гибридном формате и параллельно проводить виртуальные сессии, далеко не все галереи организовали комнаты для просмотра работ в онлайн-режиме. Похоже, что виртуальная программа больше подходит для молодежи, а основная часть коллекционеров уровня Art Basel — люди солидного возраста, которые не получают удовольствия от необходимости скролить экран компьютера в поисках понравившейся работы, предпочитая этому «аналоговые» способы приобретения искусства.

Фото: пресс-служба

Что покупали на Art Basel

Завсегдатаи ярмарки признавались, что в 2021 году она не принесла ярких открытий. Хотя в эпоху инстаграма неожиданностей от ярмарок уже давно ожидать не приходится. Но действительно, большая часть галерей, желая избежать неприятных сюрпризов, привезла заведомо беспроигрышных авторов. Так, портреты Элис Нил, чья недавняя ретроспектива в музее Метрополитен сделала ее невероятно популярной, были представлены и проданы сразу на нескольких стендах Victora Miro, Xzavier Havkins и David Zvinger — цены варьировались от $200 тыс. до $1,2 млн. Галерея Gladstone привезла Кита Харинга, который ушел за сумму, превышающую $5 млн. Работы Шейлы Хикс также были замечены на нескольких стендах. О продаже одной из ее работ за $600 тыс. сообщила галерея Alison Jacques. Особенно эта попытка подстраховаться известными именами была заметна на Unlimited, где выставляется подборка произведений искусства музейного формата. Куратор этого года Джованни Кармин собрал под сводами гигантского ангара 62 работы. Среди прочих тут были «Хлебный дом» нарушителя спокойствия многих москвичей Урса Фишера, «Картинки с выставки» Дэвида Хокни, «Лондонский туман» Гилберта и Джорджа, а также работа Роберта Раушенберга «Rollings» («Salvage»), которая была приобретена европейским музеем за $4,5 млн. Самой дорогой картиной, которая, похоже, так и не продалась, называют диптих «Hardware Store» Жана-Мишеля Баскии, выставленный галереей Van de Weghe за $40 млн. Основанием для такой высокой цены были недавние аукционы, где работы Баскии уходили за сопоставимые суммы. Отчеты о продажах еще продолжают поступать, но в целом большее количество сделок проходило в сегменте $40–500 тыс.

Что такое дизайн Mid-Century Modern и зачем в него инвестировать

Ярмарка Design Miami / Basel

Со значительно меньшим размахом развивались события на ярмарке Design Miami / Basel. На пятнадцатый год существования в ней приняли участие 26 ведущих международных галерей, что почти в половину меньше, чем в 2019 году. Среди участников такие заслуженные игроки дизайнерского рынка, специализирующиеся на классике, как французские Laffanour-Galerie Downtown, Eric Philippe, Patrick Seguin, Mitterrand и итальянская Rossella Colombari, а также продвигающие современных авторов Carpenters Workshop Gallery, Friedman Benda, Maria Wettergren и Kreo. Все они демонстрировали широкий срез рынка коллекционного дизайна, предлагая исторические работы Жана Пруве, Шарлотты Перриан, Жана Руайера, Пикассо, Клода и Франсуа-Ксавье Лаланнов и современные объекты Начо Карбонелла, Мишы Кана и Даниэля и Бориса Берлиных. Самым дорогим предметом, похоже, стал стол Шарлотты Перриан, его цена превысила $2 млн.

Какой получилась выставка дизайнера Шарлотты Перриан в Париже

Стенды галерей как обычно были разбавлены секциями Curio, представляющими либо тематическую подборку предметов, либо работы одного автора — их было 14. В этой части программы галерея Carpenters Workshop Gallery продемонстрировала новое направление — коллекцию ювелирных украшений, созданных дизайнерами галереи. Converso привезла проект Americana. Эта коллекция редчайших образцов продукции промышленного дизайна, в которую вошли радиоприемники, часы, вентиляторы, фены и вафельницы, разработанные для массового потребления Рей и Чарльзом Имз, Алваром Аалто, Генри Дрейфусом и производившиеся предприятиями Kisco, Motorola и General Electric, — получила награду ярмарки за лучший стенд. Стилизованный под кабину лифта, серебряным блеском светился стенд Гарри Нуриева с такими же блестящими диваном, пуфом и креслом. Расположение этих двух разделов выглядело привычно за исключением того, что они занимали ровно половину обычной площади второго этажа. Во всем остальном планировка ярмарки претерпела серьезные изменения.

Как была устроена ярмарка

Раздел Design at Large, представляющий амбициозные проекты, сочетающие как концептуальные, так и промышленные инновации, в этом году тоже расположился на втором этаже. Дизайнер Мэтью Леаннер, размышляя во время пандемии о хрупкости человеческой жизни, создал инсталляцию «Состояние мира», в которой в объемных алюминиевых скульптурах, напоминающих причудливые купола, визуализировал диаграммы, представляющие собой стоп-кадр всех живых людей возрастом от одного года до 100 лет на сегодняшний день в более чем 100 странах. Соседний проект Joseph Walsh Studio в свою очередь демонстрировал виртуозные технические достижения при работе с ламинированной древесиной. Скульптура Magnus и обеденный стол со стульями кажутся нарисованными в воздухе. Легкие изящные очертания — полная противоположность сложнейшему процессу их реализации.

Все 2500 кв. м первого этажа занял совместный проект компании Superblue и Design Miami, который стал своеобразными пропилеями перед входом, местом для проведения программных дискуссий и несколько раз в течение дня превращался в площадку для медитаций. Эта огромная инсталляция соединила в себе проект Shy Synchrony от Studio Drift и деревянный эллипсообразный павильон Forest of Space японского архитектора Су Фуджимото. На скамьях, образующих амфитеатр, можно было наблюдать за скоординированным движением механических светящихся объектов, похожих на цветы, которые раскрываются и закрываются, реагируя на степень интенсивности солнечного света. Однако в данном случае они реагировали на нейронную активность и частоту сердцебиения волонтеров из числа посетителей или двигались согласно заданной хореографии под музыку Филипа Гласса.

Инсталляция Shy Synchrony, Studio Drift
Инсталляция Shy Synchrony, Studio Drift

С начала пандемии организаторы ярмарок приложили довольно много усилий, чтобы не потерять контакт с галереями и коллекционерами. Понимая, что будущее за молодыми коллекционерами, в рамках базельской сессии 2021 организаторы объявили об открытии нового направления под названием DM/BX. Это интернет-платформа, на которой представлены предметы, выпущенные ограниченным тиражом и небольшими партиями: мебель, ювелирные изделия, освещение, керамика, текстиль и многое другое от молодых и признанных дизайнеров и производителей по цене от $50 до $2500. Тут можно купить работы Гаэтана Пеше за $800 или работы уроженки Украины, живущей в Бруклине, Саши Топольницкой за $120. На стенде платформы в Базеле были представлены разноцветные вазы из цветного стекла итальянки Лауры Саттин стоимостью $375.

Тренды 

Анализ работ, привезенных галереями на ярмарки, позволяет выделить несколько трендов. В первую очередь — это присутствие бразильских дизайнеров, в основном, в историческом сегменте, что не удивительно, так как этот рынок начали разрабатывать не так давно, и там нас ждет, будем надеется, еще много открытий. К примеру, галерея Laffanour-Galerie Downtown предлагала обеденный стол и редкий экземпляр дивана-каноэ Хосе Занина Калдеса, Side Gallery представила ретроспективу минималистичных работ Джеральдо де Барросы. Бельгийская Gokelaere & Robinson выставила необычные стулья из гнутой фанеры с металлическими ножками Жуакима Тенрейро.

Галерея Gokelaere & Robinson
Галерея Gokelaere & Robinson

А бразильская Mercado Moderno вернулась в Базель с инсталляцией, посвященной современному дизайнеру Инес Шертель, и работами, сделанными ею из войлока. Таким образом галерея ответила еще и на запрос коллекционеров на объекты, сделанные с использованием ремесленных технологий. Это направление было представлено керамикой только что ушедшего от нас Бруно Гамбоне на стенде Rosella Colombari и змеистыми абстрактными скульптурными композициями Мартина Бодильсена Калдала на стенде галереи Format Oslo.

Галерея Format Oslo
Галерея Format Oslo

Галерея Etage Projects привезла керамические сосуды и емкости из серии Arcana, обмотанные разноцветной альпинистской веревкой, датского дизайнера Карла Мониса. Бельгийская Pierre Marie Giraud заполнила стенд современной скульптурой из стекла и керамики. Тут же можно было заметить довольно много японских авторов — и керамическую скульптуру радикального гончара Такура Кувато, и работы Акияма Йо, напоминающие пласты земли, подвергшиеся мощному тектоническому воздействию, и гигантские архетипичные горшки Кадзунори Хамана. Эта ниточка ведет нас к еще одному тренду — увлечению японской тематикой. Дилер из Нью-Йорка Эрик Томсен вновь привез подборку изысканных корзин, созданных в технике традиционного японского плетения.

Галерея Pierre Marie Giraud
Галерея Pierre Marie Giraud

Галерея Japonesque, дебютировавшая в программе Curio, знакомила коллекционеров с работами из стекла Акихиро Исогая. На стенде Carpenters Workshop Gallery была представлена деревянная, глубокого зеленого цвета консоль Алдо Беккера, покрытая несколькими слоями японского лака уруси.

Всеобщая озабоченность ответственным потреблением прослеживалась и на стендах Design Miami. Она проявилась в работах француза Диего Февра, творческий метод которого заключается в том, что он берет любые скучные предметы массового потребления — скамейки, настольные лампы, шариковые ручки — и облепляет их слоем разноцветной, затвердевающей на воздухе пластилиновой массы, превращая их в абсурдно-несерьезные и жизнерадостные объекты.

Галерея Everyday Gallery, Антверпен
Галерея Everyday Gallery, Антверпен

Их можно было увидеть на стенде платформы молодых дизайнеров DM/BX. Апофеозом стал стенд Everyday Gallery с соло-выставкой известного дизайнера интерьеров, художника и скульптора Лионеля Жадо, который для создания диванов, светильников и прочей полезной домашней утвари использует исключительно бывшие в употреблении и ставшие ненужными детали других функциональных объектов. В ход идет все, от старых автомобильных кресел до вышедших из употребления японских ширм.

«А что, искусство кому-то что-то должно?» Интервью с автором «Большой глины № 4»