Стиль
Впечатления Концептуализм: почему некрасивое искусство — это хорошо
Впечатления

Концептуализм: почему некрасивое искусство — это хорошо

Фото: gettyimages
«РБК Стиль» разобрался, с каких пор писсуары в музеях, дыхание художника и выставки без экспонатов считаются искусством.

Один умник, звали его Марсель Дюшан, в 1917 году решил поучаствовать в выставке. Он пошел в магазин сантехники, купил там писсуар, подписал его чужим именем и принес экспертному совету: вот-де мое произведение искусства — называется «Фонтан»! Что за чушь — подумали члены комиссии и от писсуара в экспозиции отказались, а на автора посмотрели скептически. И зря — «Фонтан» стал одной из главных работ в истории искусства ХХ века.

Все потому, что в нем была доведена до абсурда главная цель классического искусства — точное отображение окружающего. Писсуар стал верхом реализма, ведь никакая живописная копия не могла показать предмет лучше, чем это сделал он сам. Принося «Фонтан» на выставку, Дюшан еще и призывал подумать, что же делает искусство искусством, и предлагал свой ответ: все дело в подписи художника и контексте музея. Открыв эту закономерность, француз враз отменил необходимость создания работ художниками — с тех пор они могут объявлять искусством все, что им вздумается, и произведением в таком случае будет акт их творческой воли.

 

 

Идеи Дюшана развились в концептуализме, возникшем в США в 1960-е. Его основой стало положения о том, что главное в искусстве — не предмет, а идея. Задачей творчества при этом признавался поиск ответа на вопрос «что есть искусство», а эстетика отходила на второй план и отдавалась на откуп дизайну: для концептуалистов было важно, чтобы зритель воспринимал произведение в первую очередь интеллектуально.

 

Как может выглядеть концептуальное искусство
(и почему):


1. Все некрасиво (смысл искусства — отвечать на вопрос, что есть искусство, а не быть эстетичным)

2. Ничего не понятно (ясного авторского высказывания нет, потому что интерпретацию и смысл создает зритель)

3. Кажется, что тут ничего нет (один из главных концептов — пустота)

4. Работа полностью состоит из текстов (художники увлечены языковыми играми)

5. Неясно, как это здесь оказалось (искусство включается в непривычные контексты).

Вместо того чтобы изготавливать приятные глазу картины или скульпутры, концептуалисты создавали новые смыслы. Делали они это, включая в работы уже готовые объекты и по-новому интерпретируя их значения.

Хрестоматийным произведением этого рода стал «Стертый рисунок Де Кунинга», который Роберт Раушенберг выставил в 1953 году. Главным в работе был не пустой лист, оставшийся после уничтожения одним художником графики другого, а ситуация неопределенности: зрителю нужно было решить, может ли стертый рисунок быть искусством. Вообще на зрителя в концептуализме возлагалась большая ответственность: художники перестали объяснять смыслы своих работ и говорили, что они открыты для интерпретации и любое суждение может быть правильным.

 

 


 

«Быть художником значит вопрошать о природе искусства», —
говорил один из главных концептуалистов Джозеф Кошут.

 

 

«Мне нравится создавать новые смыслы. Они появляются там, где сходятся две известные сущности — например два слова, два изображения, или слово и изображение. Необходимо сопоставить две части настолько близко, чтобы образовалось подобие синапса — тогда рождается что-то новое. Конечно, может получиться чудовище доктора Франкенштейна, но иногда возникает третий смысл. Этот процесс меня захватывает», — говорил художник Джон Балдессари.

 


 

 

Концепуализм возник из
чувства противоречия. Концептуалистам не нравились:


1. Абстрактный экспрессионизм, представители которого считали, что главное в искусстве — это чтобы «было красиво».

2. Рынок искусства. Чтобы преодолеть отношение к искусству как к товару, они отказались от создания привычных эстетически привлекательных произведений.

3. Художественная критика в целом и ее рупор Клемент Гринберг в частности. В то время в США что такое искусство определяла уже не подпись художника, а мнение художественной критики, которая часто была очень консервативной. 

Пустота

Одной из ключевых идей концептуалистов была дзэнская «Пустота». Главным ее гимном стало сочинение композитора Джона Кейджа «4:33» — четыре с половиной минуты тишины, дававшейся в концертном исполнении. Идеи Кейджа повлияли на многих его современников: итальянец Пьеро Мандзони после выставлял «дыхание художника» в воздушных шарах, а лидер московских концептуалистов (подробнее про них мы писали здесь) Илья Кабаков делал «Альбомы» с историями персонажей, чьи сюжеты обязательно заканчивались белыми «ничто»-листами.

 


 

Язык

Еще одним коньком концептуалистов были языковые игры. Классический их пример — «Один и три стула» Джозефа Кошута: выставленные стул, его фотография в натуральную величину и словарная статья с определением этого предмета мебели. Кошут стремился показать сложные взаимоотношения между объектом, означающим его словом и визуальным образом.

Второй смысловой уровень работы — независимость смысла и визуальной формы: ведь даже если заменить сам предмет мебели, его фотографию и место показа, то суть произведения останется прежней. 

 

«Один и три стула» Джозефа Кошута

 

Брюс Науман тоже работал с неоном. Его ироничные работы «None Sing Neon Sign» или «Run from Fear/Fun from Rear» подчеркивают взаимосвязь между значением слова, его звучанием и внешним видом.

 

 

Контекст

В 1991 году Феликс Гонзалес-Торрес выкупил в Нью-Йорке 24 рекламных щита и расклеил на них фотографию пустой двуспальной кровати. У изображения не было никаких пояснений, и из-за появления в непривычном контексте оно получило множество интерпретаций — от размышления о любви и одиночестве до обращения к истории отношений художника с его недавно умершим от СПИДа любовником.

 

 

Другой работой с контекстом стало выступление Матье Лорета на французском телевидении. За некоторое время до участия в телеигре Лорет разослал знакомым приглашения посмотреть шоу. Когда в эфире ведущая спросила его, чем он занимается, Матье ответил, что он «мультимедийный художник», и тем самым превратил происходящее в срежиссированную реальность, а всю программу — в произведение искусства.

 

2000-е

В отличие от других художественных течений, которые достигали своего пика и потом постепенно угасали в течение пары десятилетий, концептуализм не сдает свои позиции и сейчас. Премию Тернера — одну из самых престижных в мире — до сих пор регулярно присуждают за произведения концептуального искусства. Например, в 2001 году Мартин Крид получил награду за «работу 227» — пустую комнату, в которой включался и выключался свет.


 

В прессе тогда разразилась настоящая буря насчет того, можно ли это считать искусством (но мы-то знаем, что главная цель художника была именно в том, чтобы в очередной раз задать этот вопрос). Критики, которые все-таки соглашались описывать произведение, видели в нем единство и борьбу света и тьмы или бытия и небытия. Другие эксперты отмечали смещение фокуса внимания с объектов искусства на стены галереи, на которых они обычно выставляются. Вариантов интерпретаций было бесконечное множество, и это главная прелесть «работы», ведь автор в очередной раз избежал роли диктатора смысла и предоставил зрителю возможность самому осмыслить происходящее.

Через несколько лет после победы Крида Премия Тернера ушла к Саймону Старлингу за его «Shedboatshed» — деревянный сарай, который он превратил в лодку, сплавился в ней по Рейну и переделал снова в сарай.

 

 

Наблюдая за судьбой концептуализма, можно предположить, что художники и дальше будут расширять границы представлений о том, что может быть искусством, и действовать по завету создателя «Фонтана», которому спустя полвека вторил художник Дональд Джадд, говоря, что «ежели кто-нибудь назвал что-нибудь искусством, то это и будет искусство».