Стиль
Впечатления Как устроена индустрия граффити в России: за кем следить, в кого инвестировать
Стиль
Впечатления Как устроена индустрия граффити в России: за кем следить, в кого инвестировать
Впечатления
Как устроена индустрия граффити в России: за кем следить, в кого инвестировать
Разразившийся недавно скандал вокруг выставки Бэнкси в ЦДХ стал поводом вспомнить, что граффити и стрит-арт сегодня переживают настоящий расцвет. «РБК Стиль» решил разобраться, как обстоят дела с граффити в России и зарабатывают ли здесь на них.

Граффитчики (или райтеры) — именно так называют уличных художников, любые городские поверхности для которых становятся полотнами для выражения себя и своих позиций. Уличное искусство как в мире, так и в России постепенно перестало ассоциироваться исключительно с вандализмом и выросло в мощное комьюнити, влияющее на тренды массовой культуры и даже бизнес.

Философия и жанры

После того как в 80-х граффити-художники начали выставляться в галереях, а в 2009 году более сотни уличных художников представили свои произведения в парижском Гран-Пале, граффити уже не могли не признать полноценным видом искусства с иерархией жанров и стилей. Два самых крупных и актуальных — теггинг (быстрое нанесение подписи автора на какую-либо поверхность) и авторские граффити.

Жан-Мишель Баския начинал реализовывать себя именно с теггинга: оставлял на улицах Нью-Йорка слово SAMO, добавляя саркастичные или поэтичные подписи. Оказавшись под покровительством Энди Уорхола, он продолжал развивать свой художественный почерк, но не забывал про элементы граффити. Уже тогда своим примером Баския показал обществу, что граффитчик может стать полноценной и уважаемой частью элиты арт-общества, оказывать влияние на современное искусство и массовую культуру. И при этом зарабатывать деньги.

Один из главных и массово известных представителей авторских граффити сегодня — легендарный Бэнкси. Он работает в трафаретной технике (для большей скорости), и все его произведения представляют собой сообщения политического и социального характера. Также большинство райтеров творит не только на поверхностях городских пространств, но и на холстах, которые попадают в галереи и частные коллекции.

«За всем этим стоят эго и свобода. Человек занимается творчеством, когда чувствует себя свободным. Неважно, в процессе теггинга или рисования "куска" (большого полотна граффити. — Прим. ред.)», — объясняет граффитчик Cozek причины, почему люди с разным социальным статусом занимаются граффити. Cozek — один из участников московской команды ADED, которая состоит из пяти локальных художников. Кроме него туда входят граффитчики, работающие под псевдонимами Spacer, Namer, Juice и Сарtек.

С развитием интернета и соцсетей граффити стали активно выходить из андеграунда и становиться элементом массовой культуры. В какой-то момент художников уже не могли игнорировать крупные компании, в том числе и люксовый сегмент, включая Louis Vuitton, Moschino, TAG Heuer.

Стрит-арт Алека Монополи для TAG Heuer
© tagheuer.com

Главные игроки в России

В России тоже есть граффитчики, сотрудничающие с локальными и международными брендами. Один из них — Покрас Лампас. Он начинал свой путь именно с граффити, но, разработав собственный стиль, ушел в современное искусство. Покрас Лампас называет свое творчество «каллиграффити» (симбиоз каллиграфии и граффити). В его портфеле — сотрудничество с маркой Fendi, уникальные принты для футболок аdidas в рамках ЧМ-2018, коллаборации с ТЦ «Атриум», «Альфа-Банком», IKEA, Lamborghini и множеством других брендов. Благодаря выпуску «Новая Россия» о молодых талантах на канале «вДудь» (более 4 млн просмотров), грамотной коммуникации с аудиторией в социальных сетях и использованию PR-возможностей крупных заказчиков ему удалось за последний год значительно нарастить свой медиавес.

Не менее яркие игроки, интересные для брендов различного масштаба, но с диаметрально противоположной философией, — участники объединения ADED. Наклейками с надписью их псевдонимов — Spacer, Namer, Juice, Cozek, Captek —заклеены улицы не только главных городов России, но также Парижа, Берлина, Токио. Принципиальность и преданность «улице» — главное их отличие.

ADED отвечали за брендинг крупнейшей российской выставки уличной культуры Faces&Laces и пространства Nike в рамках ЧМ-2018, сотрудничают с Музеем современного искусства «Гараж», для которого делали большие постеры в рамках выставки Рашида Джонсона, Виктора Пивоварова и Тарин Саймон.

ADED
© пресс-служба

В ближайшее время ADED представят уникальный для локального и глобального рынка граффити-проект — коллаборацию с одним из самых популярных сегодня модных брендов Off-White. «В "КМ20" (московский концепт-стор. — Прим. ред.) открывался корнер бренда в виде "храма" — ему решили придать индивидуальности с помощью локальных художников. Нас пригласили принять участие, но особого интереса мы не проявили. Работать с Off-White хотелось напрямую. В итоге согласились на проект на условиях того, что нам дадут прямой контакт Вирджила, — рассказывает Cozek историю сотрудничества ADED с креативным директором мужской линии Louis Vuitton и основателем Off-White Вирджилом Абло. — Контакт нам предоставили, мы тут же отправили презентацию о себе и уже через короткое время общались с Вирджилом в чате. Он сообщил, что хочет делать с нами не только корнер в Москве, но и отдельную линию».

Знаковое место в истории российских граффити занимает и команда «Зачем», которая начала рисовать еще в 90-х годах. Участники этой граффити-банды на протяжении долгого времени занимались популяризацией жанра: выпустили несколько фильмов, один из которых — «Девиантное поведение» — имеет такое же значение для локальной индустрии, как «Выход через сувенирную лавку» Бэнкси для глобальной.

Кирилл Кто — один участников проекта «Зачем» — значится в топ-50 самых влиятельных лиц в российском искусстве по версии журнала «Артхроника», а также входит в российский инвестиционный художественный рейтинг 49ART, представляющий выдающихся современных художников в возрасте до 50 лет. Кирилл Кто активно занимается развитием локальной граффити-индустрии. Например, он организовывал проект «Стена» на территории «Винзавода». «Стена» — это в буквальном смысле кирпичная стена, которую с определенной периодичностью покрывают своими работами граффитчики. Проект позволяет, с одной стороны, вести дискуссию внутри индустрии и открывать для аудитории новых художников, а с другой — открыто наблюдать за процессом их творчества.

«Я бы обнял тебя, но я просто текст», «Эй ты, люби меня» — эти граффити стали по-настоящему вирусными во многих городах-миллионниках. Их автор — художник из Екатеринбурга Тимофей Радя. Его стиль характеризуют как остросоциальный и злободневный, творчество художника — идеальное совпадение контекстов, то есть городских поверхностей с настроением и смыслом граффити.

Павел Пухов, известный под псевдонимом Паша 183 (P183), — знаковый художник для отечественной граффити-индустрии на этапах ее зарождения. Он отвечал за оформление декораций в уличном стиле для рок-оперы TODD панк-группы «Король и шут». Всемирная известность к Пухову пришла после статьи в издании The Guardian, в которой его назвали «русским Бэнкси». Кстати, в 2013 году всемирно известный британский художник сделал работу в память о Паше 183. Изображение баллончика с краской, над которым горит пламя свечи, появилось на официальном сайте Бэнкси через несколько дней после смерти российского райтера.

© banksy.co.uk

Заказы и доходы

Заказы у современных граффитчиков делятся на три основных типа. Первый — оформление. С точки зрения имиджа, такие заказы в индустрии не считаются значимыми для художника. «Клиент делает заказ — и вам нужно что-то расписать, нарисовать какое-то изображение в определенной стилистике. Тут правила всегда диктует заказчик. О сильном портфолио речь не идет, — объясняет Покрас Лампас. — Лично мне никогда не хотелось этим заниматься».

Более престижным считается сотрудничество с галереями (создание холстов и арт-объектов) — это взаимодействие с арт-миром и высокие гонорары. «Речь идет про долгосрочную инвестицию и долгосрочное планирование. Холсты — более серьезный подход, их не должно быть слишком много, потому что покупатели хотят, чтобы картины, которые они покупают, только дорожали, — отмечает Покрас Лампас, у которого большой контракт с группой галерей по всему миру. — В России, к сожалению, культура арт-менеджмента развита слабо. Когда я начинал, все незнакомые нюансы я уточнял у своего галериста, наблюдал за ним и за тем, как работают галереи по всему миру. Сейчас я не занимаюсь продажей своих работ, это регулирует мой арт-менеджер».

Работа Покраса Лампаса для «Атриума»
© пресс-служба

Покупка работ раскрученных художников, грамотно выстраивающих стратегию, считается в арт-индустрии эффективным вложением. В июле этого года прошла закрытая выставка работ Бэнкси в лондонской галерее Lazinc. Три полотна стоимостью от 500 тыс. до 1,5 млн фунтов были проданы в первые же сутки в рамках VIP-доступа до начала открытого старта продаж. По подсчетам The Art Newspaper, стоимость произведений Бэнкси выросла на 120% за последние пару лет.

Выставка работ Бэнкси
© lazinc.com

Российский же рынок граффити пока пребывает в стадии формирования. «Есть очень хорошая поддержка. Есть музей "Гараж", Роман Абрамович, семья Церетели и другие, кто покупает определенные работы и инвестирует. Есть серьезные фонды и галереи (RuArts, "Триумф"), ярмарки (Cosmoscow), есть частные коллекции. В России много коллекционеров, которые не афишируют покупки. Думаю, что в этом плане рынок у нас довольно тихий», — отмечает Покрас Лампас.

Третий вид заработков — коммерческое сотрудничество с глобальными и локальными брендами. Здесь стоимость работы и степень вовлеченности художника зависит от личных предпочтений и договоренностей с заказчиком, а также от правовых аспектов.

«Сумма всегда зависит от многих факторов. Например, от того, имиджевая ли это работа или та, что нужна для продажи нового товара. Имиджевый проект может стоить до полумиллиона рублей, а "продуктовый", большого объема и тиража, — от 1-1,5 млн и выше, — говорит Покрас Лампас. — Учитываются и правовые аспекты. У меня есть свой юрист, с которым мы вместе составляем контракт и смотрим, где и на каких условиях мы передаем права. Все это в том числе влияет на стоимость проекта. Это помогает регулировать рынок».

Работа Покраса Лампаса для IKEA
© пресс-служба

Команда ADED подходит к выбору коммерческого сотрудничества крайне избирательно, поэтому стоимость их работы зависит в первую очередь от масштаба заказа и портрета клиента. Участники ADED признаются, что, отказывая одним, они создавали себе базу для того, чтобы работать с более близкими по духу заказчиками. «Нам приходилось отказывать 90% потенциальных клиентов, поскольку работаем мы исключительно с теми, кто готов создавать продукт в нашей стилистике. Мы ни под кого не подстраиваемся и этим сильно отличаемся от других, — отмечает Cozek. — Нам прекрасно известно, какие бюджеты осваивают те или иные компании. При обсуждении стоимости проекта отталкиваемся от того, во сколько оцениваем себя и свое время в рамках конкретной задачи».

Где смотреть уличное искусство в России

Для того чтобы отслеживать тренды и перспективных художников, важно следить и за социальными сетями признанных райтеров, и за ключевыми мероприятиями и арт-площадками. Помимо уже упомянутого проекта «Стена» на «Винзаводе» в России существует еще несколько организованных пространств для знакомства со стрит-артом.

Музей уличного искусства в Санкт-Петербурге. Здесь есть постоянная экспозиция с работами признанных отечественных граффитчиков, среди них — Паша 183, Тимофей Радя, Кирилл Кто, Андрей Оленев, Никита Nomerz. В музее также проводятся временные тематические выставки.

Биеннале уличного искусства «Артмоссфера». Пройдет с 31 августа по 14 октября в московском Центре современного искусства «Винзавод». Свои работы представят 40 ведущих российских и зарубежных художников стрит-арта.

Стоит следить за проектами музеев «Гараж» (Москва) и «Манеж» (Санкт-Петербург). Эти площадки активно интересуются стрит-артом, работают с главными локальными представителями и в целом поддерживают граффити-индустрию.