Стиль
Впечатления Книга недели: «Гиперпространство» Митио Каку
Впечатления
Книга недели: «Гиперпространство» Митио Каку
© getty Images/fotobank.ru
Полное название книги — «Гиперпространство: научная одиссея через параллельные миры, дыры во времени и десятое измерение».

 


Митио Каку

«Гиперпространство:
научная одиссея через параллельные миры, дыры во времени и десятое измерение»

Издательство: «Альпина нон-фикшн»

Увидев слова «десятое измерение», русский читатель может вспомнить болтовню булгаковского Коровьева о «пятом измерении и прочих вещах, от которых ум заходит за разум». Стилистика книги знаменитого нью-йоркского физика и популяризатора науки выдержана почти в том же духе — в духе светской беседы. Но, как и в случае Коровьева, под видом непринужденного трепа автор рассказывает о таких прорывах современной физики, где она через голову математики почти смыкается с философией и просто мистикой.

При этом излагаемые Каку идеи нельзя назвать сложнейшими. Для того чтобы объяснить суть идеи пространства с числом измерений, превосходящих привычные нам три, он прибегает к аналогии с Флатландией — придуманной писателем Эдвардом Эбботом более ста лет назад плоской страной, жители которой имеют только два измерения. Немудрено, что мы — существа из трехмерного мира — можем, например, освободить флатландского заключенного, просто «вытянув» его из плоской тюрьмы вверх и «переложив» в другое место. При этом потрясенным тюремщикам, которым неведомы понятия верха и низа, будет казаться, что преступник просто исчез из камеры и возник ниоткуда в другом месте. Точно так же люди и объекты могут исчезать из нашего трехмерного мира в высшие измерения и потом так же появляться за тысячи километров или световых лет.

А почему десятое изменение, а не четвертое? Это уже имеет отношение к теории струн — основной научной специальности Каку. Основу ее изложить тоже чрезвычайно просто. Физики давно признали, что свет — это волна, то есть колебание. Но для того, чтобы волна могла распространяться, нужно, чтобы было чему колебаться: например, молекулам воды или атомам газа в атмосфере. А что колеблется в межзвездном пространстве? Чтобы обойти это противоречие, приходится делать допущение, что свет — это и волна, и частица. Но если признать, что свет распространяется «по струне» из высших измерений, все встает на свои места. В том числе и единая теория поля, над которой тщетно бился Эйнштейн.

Мало того: принятие концепции многомерного мира делает принципиально возможным путешествия во времени, о чем Каку пишет тоже очень подробно, упоминая, естественно, и «Машину времени» Уэллса, и «Назад в будущее» с возникающими там темпорально-любовными коллизиями. Кажется не очень научным? «Физика, — пишет Каку, — это прежде всего концепции, желание понимать идеи, принципы устройства мира». А вовсе не огромные приборы и сложнейшие вычисления.


Михаил Визель