Герои Действуй, сестра: Донателла Версаче — о силе, популярности и супермоделях 1990-х
Герои Действуй, сестра: Донателла Версаче — о силе, популярности и супермоделях 1990-х
Герои
Действуй, сестра: Донателла Версаче — о силе, популярности и супермоделях 1990-х
© Antonio de Moraes Barros Filho/WireImage
Дом Versace празднует 40-летие. Донателла Версаче посвятила юбилейный весенне-летний показ бренда своему легендарному брату. Мы расспросили ее, какой вклад внес Джанни в мир моды и легко ли было собрать на одном подиуме всех супермоделей 1990-х.

Показ Versace весна-лето-2018 стал едва ли не самым обсуждаемым во время недели моды в Милане. Гости увидели все, чем известен дом моды: леопардовый принт и барочные завитки, ультракороткие платья и ботфорты на умопомрачительной шпильке. Однако настоящий сюрприз ждал всех в финале, когда на поклон Донателла вышла в сопровождении Наоми Кэмпбелл, Карлы Бруни, Хелены Кристенсен, Синди Кроуфорд и Клаудии Шиффер. В облегающих золотых платьях и золотых босоножках супермодели словно сошли со знаменитого снимка: бекстейджа шоу Джанни Версаче осень-зима-1993/94. Эту коллекцию Донателла не просто посвятила любимому брату, но и доказала, что заслужила доверие и достойна имени Versace.

Трудно быть Донателлой Версаче?

Думаю, не труднее, чем быть кем-то еще. Несмотря на то что вы видите в моих социальных сетях, у меня вполне обычная жизнь: я ругаюсь со своими детьми, раздражаюсь на работе из-за груза ответственности, который лежит на моих плечах, у меня случаются взлеты и падения, но это и есть жизнь! Однако я осознаю, что я привилегированный человек: у меня потрясающая семья и любимая работа, которая дает мне возможность путешествовать по миру и знакомиться с интересными людьми. Роль креативного директора бренда привлекает ко мне повышенное внимание, даже когда я не хочу этого, но я не жалуюсь, поскольку таковы правила игры. Зато благодаря популярности у меня есть возможность влиять на мнение других людей — надеюсь, в позитивном ключе. Для кого-то это бремя, для меня — подарок. Я счастливая женщина и благодарю за это каждый день.

Как бы вы себя описали?

Любопытство — одна из моих главных черт. Мне быстро все надоедает, поэтому я постоянно нахожусь в поиске чего-то нового. Именно по этой причине окружаю себя молодыми талантливыми людьми со всех концов света — от них я узнаю о новых трендах, художниках, веяниях в музыке. А еще я очень решительная: если хочу чего-то добиться, то никакие трудности меня не остановят на пути к цели.

 Вы можете назвать себя сильной женщиной?

Сейчас да, но раньше — точно нет. Я ощутимо изменилась за последние 20 лет. Все, что случилось с Джанни, что пережила моя семья с его утратой, было очень болезненно. Я чувствовала невероятное давление: должна была доказать, что могу быть лучше, чем он, или хотя бы такой же, быть достойной Versace. Мне хотелось сбежать, спрятаться ото всех, но я должна была держать лицо — ради семьи и компании. Хотя мне было невыносимо плохо. До недавнего времени я чувствовала, что прошлое меня преследует, но благодаря юбилейной коллекции круг замкнулся: я приняла свое прошлое и поняла, что заслужила доверие.

© пресс-служба Versace

Оглядываясь назад, на все, что вы сделали, каким моментом вы особенно гордитесь?

Я не из тех людей, кто любит смотреть в прошлое, вспоминать старые победы или поражения. Конечно, горжусь всем, что мне удалось сделать для Versace, но все мысли устремлены в будущее, и я хочу гордиться победами, которые ждут меня впереди.

 Как ваш собственный стиль отличается от стиля Джанни?

Трудно сказать, потому что Джанни всегда оказывал на меня влияние: он с детства любил меня наряжать, придумывать образы, я была его любимой куклой. Он всегда поощрял меня и мои смелые выходки, поэтому сложно определить, где проходит граница между его и моим стилем. К слову, именно он уговорил меня стать платиновой блондинкой — хотя мне на тот момент было всего 11 лет.

Как Джанни Версаче изменил мир моды?

Его вклад бесценен. Он верил, что мода — это не просто одежда, это способ выразить себя. Мой брат был смелым, решительным, за что его часто критиковали, но это обратная сторона гения: он слишком опередил свое время. Религиозные символы, кожаные вещи с лазерной перфорацией, драпировки, избыточные принты — вдумайтесь, все это Джанни делал в начале 1990-х. Он создал мир, в котором правило номер один — отсутствие любых правил.

Что изменилось в модном доме Versace, когда закончилась эра Джанни?

Произошло много изменений, и все они связаны с тем, что нам нужно было оставаться релевантными и отвечать запросам покупателей. Самые важные драйверы теперь — это интернет и социальные сети. Не только для нас, для всей индустрии в целом. Все стало сверхбыстрым. Но, несмотря на это, некоторые вещи неизменны: прежде всего то, что мы позиционируем Versace как семейный модный дом, — это и есть наша ДНК.

Клаудия Шиффер, Синди Кроуфорд и Хелена Кристенсен

© пресс-служба Versace

Расскажите о показе юбилейной коллекции весна-лето — 2018, которую вы посвятили своему брату.

Я долго вынашивала эту идею, но до прошлого года не была готова — просто чувствовала, что не могу прикасаться к архивам. Мне казалось, если я буду их использовать, мне тут же скажут: «Посмотрите, она копирует своего гениального брата!» Но перестала сомневаться еще и после того, как молодые топ-­модели начали спрашивать, где можно найти джинсы Джанни с принтом или рубашку. Потом я видела восторг своей команды, когда уже начали работать над коллекцией. Это действительно было правильное время. Конечно, я не могу обращаться к архивам каждый сезон, но хочу дать возможность молодому поколению узнать, что делал Джанни и каким он был.

Это была ваша идея — пригласить участвовать в показе легендарных моделей?

Да, это была моя идея. Когда думаешь о Джанни, сразу вспоминаешь о феномене супермоделей: это он первым сделал из моделей знаменитостей. Помню, когда я работала над коллекцией, отправила каждой СМС с предложением принять участие в показе и незамедлительно получила положительный ответ. Это было очень волнительно. С каждой из них я дружна, они часть нашей семьи, не позвать их было бы неправильно. В результате на показе мы вновь окунулись в мощную энергетику 90-х.

А что вы помните о тех моделях, которые изменили мир?

 Я помню, как все замирали, стоило им только появиться. Это были личности — вот почему Наоми, Кристи, Синди, Линда (Наоми Кэмпбелл, Кристи Тарлингтон, Синди Кроуфорд, Линда Евангелиста. — «РБК Стиль») остались культовыми. После них никто не имел такого ошеломительного успеха. Сегодня благодаря социальным сетям я вижу свидетельства того, что успех может повториться. Джиджи, Белла, Кендалл (Джиджи и Белла Хадид, Кендалл Дженнер. — «РБК Стиль») — вот героини нового времени, позволя­ющие благодаря социальным сетям заглянуть в их мир. Это то, что всегда имело значение. Мир моделей — он не только про красоту, он про жизнь в целом, про то, кто ты есть.

На ваш взгляд, чего молодые люди хотят сегодня от Versace?

Смелости, сексуальности, гламура. Дом Versace всегда был ­синонимом бесстрашия и ломал стереотипы — и я так горжусь этим. Но еще хотела бы отметить, что современные молодые люди хотят абсолютно все — они не готовы останавливать выбор на одном бренде или стиле. Только посмотрите, как ­одеваются миллениалы: сегодня они хотят готики, завтра ­романтики, а послезавтра сексуальности. Вы на ложном пути, если думаете, что знаете, чего они хотят: им нравится одеваться и меняться каждый день. Конечно же, это обстоятельство, с одной стороны, усложняет нашу работу, а с другой — делает ее захватывающей и заставляет постоянно двигаться вперед.

Синди Кроуфорд
© пресс-служба Versace

Какова отправная точка для ваших коллекций? Где вы черпаете вдохновение?

Какой-то одной вещи нет. Мой главный источник вдохновения — это сама жизнь. Все, что происходит со мной: эмоции, которые я получаю во время путешествий, сообщения, которые мне пишут люди в Instagram, или фотографии, которые они постят, музыка, общение с моей командой. И, как я уже говорила раньше, мне нравится находиться в обществе молодых людей — это помогает быть в теме и узнавать новые вещи.

За вами пристально наблюдает весь мир, при этом вы сами ­неохотно афишируете личную жизнь. Для вас приватность всегда была важнее популярности?

Я бы сформулировала иначе: для меня всегда было жизненно важно оставаться здравомыслящей и крепко стоять на земле, а не витать в облаках. И это не так сложно, как может показаться. А что касается популярности... Каждое утро я начинаю с йоги, а потом провожу целый день в офисе, где я просто босс, а не Донателла Версаче из светской хроники. Мои дом и офис — самые безопасные места, где я могу быть собой и говорить всякие глупости, не опасаясь, что кто-то меня осудит.

При этом у вас очень популярный аккаунт в Instagram, в котором более двух с половиной миллионов подписчиков.

Instagram — мощный инструмент, но ведь я решаю, что выставлять напоказ, а что нет. В этом и кроется секрет баланса между приватной жизнью и публичной. Instagram помогает показать другую меня — более веселую и открытую. Ведь обычно все думают, что я холодная и неприступная, — все из-за образа, который я сама когда-то создала. Мне нравится Instagram за его спонтанность, возможность рассказывать истории, но, поверьте, я не сижу целыми днями, проверяя лайки и загружая посты, это всего лишь игра — не больше.