Впечатления Мьянма и ее уроки: история одного переезда
Впечатления Мьянма и ее уроки: история одного переезда
Впечатления
Мьянма и ее уроки: история одного переезда
Анна Горяинова переехала в Мьянму, где узнала, что медитировать нужно в любой ситуации, а жизнь совсем не стоит воспринимать как проблему, и теперь делится с «РБК Стиль» воспоминаниями и наблюдениями.

Уже третий год мой дом — в медитационном центре в Янгоне, исторической и культурной столице Мьянмы. Это город с характером, но здесь даже поздно вечером, когда бродишь по переулкам между колониальными домами, из разбитых окон которых часто выглядывают деревья, чувствуешь себя в безопасности. Гуляешь, вдыхаешь запахи уличной еды и благовоний: здесь рядом с пагодами стоят мечети, христианские церкви и индуистские храмы.

По заветам Будды

90% населения страны исповедуют буддизм традиции Тхеравада, призывающей не просто изу­чать тексты, но и практиковать учение в повседневной жизни. Это ключ к пониманию местной культуры. Например, монахи, по заветам Будды, питаются тем, что подадут добрые люди. И эти люди каждый день встают в пять утра, до работы, в выходные и праздники, чтобы приготовить еду и положить ее в чашу монахам. Основные понятия буддизма Тхеравады: щедрость, доброта, честность, стабильность и спокойствие ума, а самое главное — мудрость. Так что буддийский монах здесь — и друг, и учитель, и психотерапевт, и, если надо, консультант в делах.

Переезжать сюда из Москвы я не планировала. Просто в тяжелый период жизни мне посоветовали съездить в Таиланд на медитационный ретрит бирманского учителя випассаны Саядо У Теджании. Я кинула в рюкзак пару футболок, ноутбук, паспорт и полетела в Бангкок. Раньше я ничем таким не занималась, да и монаха буддийского впервые вживую увидела только там. Самое интересное началось через десять дней, после выхода из центра: я перестала воспринимать жизнь как проблему, которую надо все время решать. А как-то утром, роясь в рюкзаке, нашла приглашение медитационного ­центра Саядо в Янгоне и тем же вечером села в автобус до мьянманской границы. Думала, еду на пару недель, а в итоге прилетела в Москву через семь месяцев — и то чтобы быстро вернуться обратно.

Что надо знать иностранцу

Туристическую визу в Мьянму дают на 28 дней. Но если едешь в монастырь, нужна виза медитационная: ее делают по приглашению учителя или монастыря и продлевают так же — иначе монастырь не имеет права тебя принять. Иностранцев не из числа паломников и туристов ждут бюрократические сложности. Чтобы снять жилье (именно квартиру, а не отель), нужен вид на жительство — это куча справок и минимум $ 700. А еще шесть лет назад иностранцу нельзя было купить сим-карту, но теперь норвежский оператор за $ 10 в месяц обеспечивает отличное 4G, позволяющее работать.

Наша школа — медитационный центр Саядо при буддийском монастыре. Это окраина Янгона, но на деле деревня, и до ближайшего банкомата на такси полчаса. Вокруг еще несколько монастырей, рынок, а перед воротами чайная. Доносящаяся оттуда мелодия, бывает, вклинивается в звучащую из громкоговорителя молитву или проповедь: «Не убей, не укради» — «Wow, I feel good!», «Не прелюбодействуй» — «Come on and dance with me!»

Мой учитель Саядо У Теджания пришел к монашеству по местным меркам поздно: учился в университете, управлял бизнесом, а в 30 лет у него случилась сильная депрессия, и только учитель медитации Шве Оо Мин Саядо-джи помог выйти из нее. Но Саядо нельзя было бросать семейное дело, и древний метод адаптировали под активного делового человека — того, кто не хочет или не может уйти в монастырь и практиковать там. Хоть Саядо монашествует уже больше 20 лет, он не нудный, а очень веселый и при этом глубокий человек, который отлично говорит по-английски и готов обсуждать любые проблемы. Мудрость универсальна.

Спустя два года пребывания в школе у меня появилась отдельная комната и почти полная свобода в распорядке дня. Подъем в 4 утра, с 4:30 до 5:30 — медитация, потом завтрак. Поначалу трудно, но теперь эти часы до рассвета лучшие за сутки: деревня еще спит, за окнами зала стрекочут сверчки и щебечут птицы. После завтрака я обычно уединяюсь на час с книжкой и кофе, потом делаю что-то полезное по хозяйству: среди добровольных дежурств есть помощь на кухне, уборка территории и зала для медитаций, работа в саду. В 10:30 ланч и индивидуальная практика: медитация сидя, во время ходьбы (для этого проложены специальные дорожки), стоя... День заканчивается в девять-десять вечера медитацией в зале. Еще здесь есть своего рода каникулы — по правилам, никто, кроме учителей, не может оставаться в одном и том же монастыре больше трех месяцев подряд, так что летом я летаю в Россию, зимой и осенью — в соседние азиатские страны.

Общение — тоже практика, и довольно трудная. Впрочем, медитировать можно и нужно в любой ситуации — во время работы, разговора, сидя в интернете, за рулем и готовя обед. Мы развиваем навык присутствия здесь и сейчас — заниматься мирскими делами не запрещено, а иногда даже поощряется. Однако их нужно стараться делать осознанно, не впадая в задумчивость и мечтательность. Медитация не должна ограничиваться залом. Именно этому учит вся атмосфера страны.

При моем образе жизни в Мьянме хватает $ 500 в месяц — остатки сбережений и фриланс: пишу, перевожу, подумываю о книге — хочу рассказать о своем опыте в Мьянме и о Саядо. Что до отелей, разброс цен большой: от бюджетных ($ 10–15 за ночь) до дорогих ($ 100 и выше), особенно на пляжных курортах. В Мьянме интересны в первую очередь исторические достопримечательности (Янгон, Паган, Мандалай), мне самой нравится город Кало в штате Шан: горы и леса, свежий воздух и чайные плантации плюс трекинговые маршруты к озеру Инле, где обязательно стоит побывать.

А еще я очень люблю Шведагон в Янгоне — главный буддийский храмовый комплекс страны, где запросто можно провести весь день. Наблюдать за волнами посетителей в разноцветных юбках лонжи (их носят и мужчины, и женщины) и за сменой оттенков белого мрамора и золотых куполов пагод. Слушать ласточек, гнездящихся под старинными деревянными перекрытиями. Поддерживать беседы со случайными знакомыми, радующимися представившемуся случаю поболтать с иностранцем, а уж тем более — с иностранцем в форме студента школы медитации: белой футболке и коричневой лонжи.

Гастрономические предпочтения

В здешней кухне смешались традиции Индии и Китая. Мои фавориты — салат из маринованных листьев зеленого чая, тушеный молодой бамбук, сливы с острым рыбным соусом, зеленые манго (незрелые плоды засаливают или маринуют, как в России огурцы) и густой рыбный суп мохинга (его подают на завтрак). Еще по утрам едят куэ джагве (жаренные в масле полоски теста), макая их в чай или кофе со сгущенкой и сахаром. Зеленый чай в Мьянме пьют все и всегда: когда-то правительство заменило опиумные плантации в горных районах чайными, и напиток прижился. А мьянманский кофе и вовсе, на мой взгляд, лучший в Азии.

Сейчас, спустя почти три года, я думаю, что мы учимся у монахов не суперсекретам типа левитации или чтения мыслей. Это побочные эффекты практики, а не ее цель. Мы учимся быть людьми — адекватными, способными увидеть в другом самого себя. Главное и трудное — стирать границы в своем мозгу, настоящая алхимия — превращать гнев и желание в позитивную энергию. Именно это отличает человека от моллюска, которого иголкой ткни случайно, и у него одна реакция: оплевать вас чернилами и смыться. Умение видеть и трансформировать свои реакции, по моему опыту, делает жизнь богаче и разнообразнее.