Красота Backstage: три легенды за созданием одного из главных ароматов года
Красота
Backstage: три легенды за созданием одного из главных ароматов года
© les editions de parfums frederiс malles
На этой неделе началась продажа самого интересного парфюмерного релиза если не последних лет, то этого года точно. «РБК Стиль» проник за кулисы и расспросил создателей Superstitious Фредерика Малля и Альбера Эльбаза о том, как родился этот проект.

Полгода назад мировой бомонд рукоплескал сразу двум важным событиям в сфере современной культуры и моды. О значительности этих событий и их участников говорит хотя бы то, что они смогли затмить собой даже парижскую Неделю моды, которая была в тот момент в самом разгаре. Причем одно из них было вполне ожидаемым: через год после ухода с поста креативного директора модного дома Lanvin Альбер Эльбаз, абсолютный и заслуженный любимчик индустрии, был удостоен звания офицера Ордена Почетного легиона — одной из самых почетных наград за военные и гражданские заслуги в мире. Тогда же, на торжественном вручении награды, Эльбаз объявил и о втором событии — создании аромата совместно с парфюмерным издателем Фредериком Маллем. И вот такого поворота дел как раз никто не ожидал. Впрочем, внимательно расспросив героев этого события о том, как они работали над проектом, едва ли остаются сомнения в том, что этому сотрудничеству просто суждено было свершиться — так, похоже, решили звезды.

Фредерик Малль

Говоря о Фредерике Малле, мы имеем в виду не просто создателя успешной и уважаемой парфюмерной марки (что, впрочем, является правдой). Он сыграл и продолжает играть гораздо более важную роль в истории парфюмерии и по праву может называться революционером в этой области. Он стоит у истоков так называемой «нишевой» парфюмерии — хотя сам он ее так называть очень не любит. Фактически на пару с другой легендой, Сержем Лютансом, Малль придумал это направление, окончательно устав от всевластия коммерческих ароматов, которые едва ли могли претендовать на отношение к высокому искусству парфюмерии. О последнем Малль знает не понаслышке, ведь он рос в самой гуще важных парфюмерных событий прошлого века. Его дед Серж Эфтлер-Луиш в сотрудничестве с Кристианом Диором основал дом Parfums Christian Dior и разработал знаменитый аромат Miss Dior. Кроме того, детство и юность в окружении парижской творческой интеллигенции, в число которой входил дядя Фредерика — всемирно признанный кинорежиссер Луи Малль — и гуру парфюмерной индустрии 70-х и 80-х Жан Амик, который, по словам самого Малля, и научил его «строгой процедуре профессиональной дегустации запахов», не могли не наложить свой отпечаток. Нет ничего удивительного в том, что именно Фредерику Маллю пришла в голову идея выпускать ароматы как книги, в которых авторами выступали бы парфюмеры, а издателем — он сам.

 

Открыв свое парфюмерное издательство — а именно так переводится название марки Editions de Parfums Frédéric Malle — он и совершил тот самый революционный шаг, на который до него не решался никто. Он вывел из закулисья самих парфюмеров, имена которых до того знали только профессионалы и особо увлеченные поклонники, вернув им право быть художниками, а не просто талантливыми ремесленниками, практически анонимно работающими на именитых заказчиков.

Фото: les editions de parfums frederiс malles

Фредерик Малль не только позволил парфюмерам воплотить в жизнь их собственные идеи и композиции, но и предоставил возможность никак не стесняться в выборе ингредиентов, чего практически никогда не бывает в коммерческих проектах. И потом, закрепляя авторство и громко сообщая о нем миру, Малль поместил на флаконы имена их создателей, словно подпись художника на произведение. 

Первый бутик марки был открыт 6 июня 2000 года в Париже на улице Гренель. С тех пор красно-черные коробочки с флаконами ароматов стали синонимом новой высокой парфюмерии — той самой «ниши» — а мир наконец узнал имена великих «носов», до того находившихся исключительно за кулисами парфюмерного мира.

Идея предложить Альберу Эльбазу поработать над созданием аромата тоже пришла именно Фредерику и это едва ли удивляет: «Я восхищался работой Альбера много лет, с тех пор еще, как он начал работать у Сен-Лорана. Моя жена Мари покупала вещи из коллекции YSL в универмаге Barneys, а я смотрел и восхищался — эти платья делали ее еще прекраснее. В какой-то момент я просто позвонил нашей с Альбером общей подруге, попросил его номер телефона и пригласил его на обед».
 

Альбер Эльбаз

Имя безусловного любимца и профессиональной и просто околомодной любительской публики Альбера Эльбаза не сходило последние два года с уст и страниц мировой прессы — после 15 лет успешной работы в модном доме Lanvin он неожиданно покинул пост креативного директора и ушел в никуда. Это событие повергло неравнодушных к моде в тревожный шок — уж кто-кто, а Альбер был более, чем на своем месте. Придя на эту должность полтора десятка лет назад, Альбер получил в распоряжение старинный французский модный дом с устоявшимися традициями и возможным банкротством. Эльбаз же превратил его в коммерчески успешный обожаемый критиками бренд, в котором особый характер Lanvin сочетался с актуальной новизной. Еще во времена своей работы на Ива Сен-Лорана Эльбаз доказал — он как никто понимал и чувствовал, чего действительно не хватает современной женщине, кто она, чем живет, о чем мечтает и какой хотела бы быть. И мог воплотить это в одном платье. Последующие за этим десятилетия стали тому подтверждением. Неудивительно, что его внезапный уход заставил поклонников буквально стенать о том, что же будет дальше. А дальше случилась их судьбоносная встреча с Фредериком Маллем, которая дала новый творческий заряд Эльбазу и дала ему возможность снова заняться любимым делом, не вороша прошлое.

© les editions de parfums frederiс malles

Как выяснилось, он тоже следил за деятельностью Малля с не меньшим интересом, но того звонка совсем не ожидал, особенно в свете непростых событий его профессиональной жизни: «Когда я бывал в Barneys, где Фредерик начал впервые продавать свою парфюмерную коллекцию, я всегда навещал корнер марки и никогда не уходил без покупки — как правило, это были ароматы кому-нибудь в подарок. Когда же он лично позвонил мне, я был крайне удивлен. «Почему мне?!» — все спрашивал я себя. И вы знаете, я решил для себя так — я работал как сумасшедший многие годы, а пришел к самому страшному моменту, когда понимаешь, что разлюбил то, что любил всю жизнь больше всего. И теперь настало время взять отпуск, чтобы вновь обрести эту любовь через что-то другое. В какой-то момент мы с Фредериком поняли, что нам нравятся одни и те же люди, одни и те же запахи, места, одна и та же еда. И это так легко, когда не нужно постоянно спорить — наоборот, у тебя есть партнер с тем же уровнем вкуса, с тем же интересом к делу».

© les editions de parfums frederiс malles

Доминик Ропион

Один из самых талантливых и незаурядных «носов» нашего времени Доминик Ропион стоит за таким количеством прекрасно известных практически любому хоть мало-мальски неравнодушному к парфюмерии человеку ароматов, что остается только поражаться, почему его именем не пестрят все глянцевые и прочие журналы последних десятилетий. От классических Amarige, Givenchy и Soir de Lune, Sisley до просто бесконечного списка ароматов для Calvin Klein, Giorgio Armani, Christian Dior, Yves Saint Laurent — не будет преувеличением сказать, что едва ли не половина парфюмерных полок в косметических отделах универмагов может быть подписана именем Ропиона. Даже для сравнительно небольшой коллекции Editions de Parfums Frédéric Malle Доминик «написал» целых восемь, включая абсолютные шедевры Portrait of a Lady и Carnal Flower. Работа над ароматом, впоследствии ставшим Superstitious, началась задолго до идеи совместного проекта с Эльбазом. Но вышло так, что все три героя этой истории в какой-то момент сошлись в единой точке. «Доминик очень щедрый и душевный человек — говорит Фредерик Малль — А Альбер такой человек, с которым хочется делиться, ему хочется делать подарки в ответ на его невероятную деликатность и чуткость. Поэтому, когда я предложил ему продолжить нашу уже начатую работу над новым ароматом вместе с Альбером, приняв его идею с платьем, Доминик согласился без колебаний и возражений».

© les editions de parfums frederiс malles

Флакон

Одним из неожиданных и удививших когда-то характерных признаков нишевой парфюмерии стали одинаковые флаконы для всех ароматов. Простые по форме стеклянные колбы с тяжелой круглой крышкой и черно-красно-белыми этикетками были почти антитезой многочисленным парфюмерным флаконам, каждый из которых словно пытался переплюнуть в сложности соседа, и, конечно, стали моментально узнаваемыми. Главным смыслом такого решения было намерение показать — главное это аромат, то, что содержится во флаконе, а не его упаковка. Дизайн флаконов Editions de Parfums Frédéric Malle придумал сам Фредерик Малль в далеком 2000-м году и с тех пор они не менялись. Отличным от них стал лишь тот, в который заключили аромат Dries van Noten par Frederic Malle. И вот теперь Superstitious. Оставив привычную форму, Эльбаз и Малль изменили цвет флакона — черное матовое стекло — и этикетку, на которой красуется золотой глаз. «Работа над упаковкой заняла у нас совсем немного времени. Сам флакон я придумал очень быстро, — вспоминает Малль. — Я просто увидел, каким он должен быть, сидя в офисе, и нарисовал его. Потом изобразил глаз. Альберу понравилась идея, но глаз — нет. Тогда, во время очередного обеда, я нарисовал еще три глаза, он выбрал средний и все — раз-два и упаковка была готова».
 

Фредерик Малль и Альбер Эльбаз
Фото: les editions de parfums frederiс malles

Аромат

Итогом кропотливой работы стал аромат, удивительным образом сочетающий в себе классику классик — цветочный альдегид в лучших традициях Chanel No. 5 — с неповторимо-остроумной и лишь интуитивно ощутимой нотой почти забегающей вперед современности.

«Конкретно этот аромат нам дался очень тяжело — рассказывает Фредерик Малль. — Цветочный альдегид, очень структурированная пирамида, говоря нашим языком — это самая что ни на есть классика, как Chanel No. 5. Это структура, которую не используют довольно давно в первую очередь потому, что на это нужны внушительные финансовые возможности. Такие ароматы оживают, только если вы используете исключительного качества ингредиенты — очень хороший жасмин, очень хороший сандал и так далее. Это словно предание из прошлого. И нам показалось, что было бы крайне интересным эту структуру переосмыслить. Для начала было крайне сложно уйти от ощущения ретро, сделать аромат современным. Очень сложно было размыть эти границы. Не вдаваясь в сложные технические подробности, я могу сказать, что мы создали сотни промежуточных тестовых вариантов, прежде чем наконец у нас получилось то, что нужно — классика в современном исполнении без коммерческого компромисса».

«В нашей работе был важный момент, когда все встало на свои места, все стало ясно, — вспоминает Эльбаз. — Это был момент, когда мы оба решили, что хотим вернуть в свое дело одну важную вещь — интуицию! Мы в мире люкса практически не имеем возможности даже заикаться о ней — когда речь о маркетинговых стратегиях, интуиции места нет. А наша с Фредериком и Домиником совместная работа была чистой интуицией! И я очень горд нашей работой — она соткана из тонких материй».