Стиль
Впечатления Каким получился фильм «Союз спасения»
Впечатления
Каким получился фильм «Союз спасения»
© imdb
В отечественный прокат вышел фильм «Союз спасения», рассказывающий историю восстания декабристов. По просьбе «РБК Стиль» кинокритик Ярослав Забалуев размышляет о том, какой она получилась.

Вот уже в который раз родной отечественный кинопрокат предлагает нам на длинных новогодних каникулах в перерывах между селедкой под шубой и «Иронией судьбы» погрузиться в пучину истории. В год нынешний многие въехали на могучей броне танка «Т-34», в 2017-м смену цифр в календаре предлагалось зарифмовать с крещением Руси в «Викинге». На сей раз выбор сюжета получился особенно парадоксальным. Восстание декабристов, которому посвящен сделанный «Дирекцией кино» фильм «Союз спасения», — сюжет, прямо скажем, не самый праздничный и оптимистичный. Следовательно, решившись на встречу с картиной, стоит предположить, что речь в фильме идет не собственно о событиях, а о чем-то если не большем, то уж точно более важном.

Продолжая цепочку рассуждений, легко прийти к выводу, что авторы фильма решили воспользоваться восстанием на Сенатской площади, чтобы поговорить о бессмысленности любого бунта, снять своего рода фильм-предупреждение. Вот, мол, к чему приводят интеллигентские (в данном случае — дворянские) брожения в умах — ни к чему хорошему. Зная имена авторов — режиссера Андрея Кравчука и продюсеров Константина Эрнста и Анатолия Максимова, — в этой мысли утверждаешься уже окончательно. Все-таки люди трудятся под эгидой главного телеканала в стране. А значит, заходя в зал, чувствуешь себя уже более или менее готовым к тону разговора и, так сказать, повороту темы.

Однако российское киноискусство по-прежнему способно удивлять. Нет, если в «Союзе спасения» и есть какая-то сверхидея, то она именно такова, как описано выше. Одуревшие от победы над Наполеоном и ожиданий демократических вольностей (Александр I готовит новую конституцию) дворяне-фронтовики сталкиваются с вероломством государя и решают устроить бунт. В процессе подготовки мятежники разделяются на Северное и Южное общества. Кончается все плохо, как мы знаем из учебников истории и фильма «Звезда пленительного счастья».

На это знание, по-видимому, рассчитывают создатели картины, поскольку как таковой сюжет в «Союзе спасения» отсутствует. Вместо него здесь есть набор разрозненных, выполненных в разных стилистических регистрах эпизодов. Вот будущие смертники и каторжане выпивают с императором Александром (Виталий Кищенко). А вот они же азартно и вновь не за пустым столом обсуждают план будущей революции. Вот скоропостижно назначенный государем Николай I (Иван Колесников) очень боится, что толпа на площади сейчас пойдет его убивать. А вот Павел Пестель (Павел Прилучный) рассуждает о том, что царскую семью вообще хорошо бы истребить — причем затем убить и исполнителя из своих. За кадром при этом постоянно играет почему-то бедновато оркестрованная композиция «Прогулки по воде» «Наутилуса». Потом декабристов начнут расстреливать под нирвановскую «Heart-Shaped Box» и вешать под песню Басты «Сансара».

© 20th Century Fox Russia / YouTube

Ясно, что поверить в описанное довольно трудно, однако «Союз спасения» действительно похож на что-то среднее между шоу реконструкторов и «Старыми песнями о главном». Если второе еще понятно (вспомним имя продюсера), то чисто техническая неликвидность повергает в настоящий ступор. Честное слово, мы не против качественно сделанной пропаганды — настоящее искусство всегда имеет свойство оказываться выше любой идеологии. Однако смотреть на сборную лучших лиц российского кино (Бичевин, Колтаков, Янковский, Матвеев, Шагин — не хватает только Паля с Петровым), которая два часа тычется в края экрана, попросту утомительно. «Адмиралъ» и «Викинг», исполненные теми же авторами, все-таки были хотя бы провокативны — говорили о событиях одиозных.

Декабристы в этом ряду — слишком легкая мишень, чересчур очевидный повод для назидания потомкам. При этом авторы фильма будто бы и сами не вполне верят в то, что пытаются сказать, а потому не могут определиться с отношением ни к декабристам, ни к их антагонистам. С одной стороны, бунтари — почти гай-ричевские бретеры (карты, деньги и стволы в ассортименте), с другой — ошалевшая золотая молодежь, с третьей — прогрессисты, с четвертой — опасные сумасброды. То же и с противоположным лагерем: если бунт — это зло, то государь — несомненное добро. Однако объявить спасителем России (от кого?) Николая Павловича создателям фильма тоже чего-то не хватает — то ли наглости, а то ли бессовестности.

© 20th Century Fox Russia / YouTube

Особенно обидно, что восстание декабристов — это и правда страшно интересный, противоречивый сюжет, вернее, собрание сюжетов. Конечно, среди членов Северного и Южного обществ (к слову, вполне легальных) были и радикалы вроде Пестеля, но даже они, пройдя войну 1812 года, вряд ли всерьез собирались рубить головы или даже стрелять. И остается лишь воображать, каким мог бы получиться фильм, если бы рассказчиком и стержневой фигурой драматургии стал, скажем, Николай Михайлович Карамзин.

Его роль в этой истории сложно переоценить. Автор «Истории государства российского» был другом и наставником многих участников восстания. Воочию видевший последствия французской революции, он с возрастом стал не столько сторонником самодержавия, сколько приверженцем эволюционного пути развития России. Эту мысль он пытался донести и до будущих бунтовщиков, дабы уберечь их от гибели, а Россию от очередного потрясения. 26 декабря 1825 года взволнованный Карамзин вышел на Сенатскую площадь, где подхватил простуду, ставшую для него фатальной, — он скончался меньше чем через полгода. Возможно, такой фильм-предупреждение — для всех, а не только для раскачивающей лодку интеллигенции — тоже когда-нибудь снимут.