«Кавказские пленники» — абсолютно новый формат шоу под открытым небом. По жанру — это музыкальная драма, навеянная мифами, фольклором и историей Кавказа, по сути — театрализованное шоу со спецэффектами, пиротехникой и сложными цирковыми номерами. Это не франшиза и не подражание. Оригинальный сценарий и музыка — от симфонической до хип-хопа — написаны специально для проекта. А сюжет, как говорят в команде, определен «гением места». В истории борьбы двух семейных кланов Черного и Белого, «коренного» и «пришлого», воплощена тысячелетняя история, легенды, традиции и дух Кавказа. Под ироничные комментарии богов-покровителей Насрена и Прометея, связанных с двумя действующими вулканами — Казбеком и Эльбрусом, архетипические герои каждого клана: мать, отец и двое детей — показывают, что такое Кавказ. Поначалу все мирно: отцы работают, матери готовят ужин, дети играют, но пустячная ссора становится началом затяжного конфликта, в который вступают даже боги. Вражда титанов грозит потерей огня, холодом и катастрофой, битвы отцов — смертью и горем. Дети же не хотят ни войн, ни разлук и отстаивают свое право жить вместе.
На высоте 1170 метров над уровнем моря, на фоне гор и великолепной природы Кавказа около ста артистов, танцоров, канатоходцев и батутистов напоминают о достоинстве и чести, войнах и гостеприимстве, любви и доме. Один из самых динамичных эпизодов шоу с лихой джигитовкой и выразительными батальными сценами посвящен затяжной Кавказской войне.
Сценаристам даже не пришлось ничего придумывать. Именно здесь, на месте поселка «Роза Хутор» в долине реки Мзымта, проходила граница Византийской империи, появились первые поселенцы и был самый горячий фронт Кавказских войн. Самая долгая в русской истории Кавказская война (1817-1864) завершилась мирным соглашением здесь же, в Красной поляне. А 150 лет спустя на этом же месте загорелся факел Олимпиады.
«Нас вдохновила сама история, — рассказывает художественный руководитель проекта, соавтор пьесы и режиссер-постановщик шоу Эдуард Бояков. — Мы думали, какой сюжет может стать ключевым, выразительным, и пришли к выводу, что это должна быть история о столкновении местного клана и пришлого. Кавказ — такое пространство, где разделение на «своих» и «чужих» хорошо заметно и отражено и в легендах, и в истории».
— Мы сочиняли пьесу втроем с драматургом Владимиром Забалуевым и историком Юлианой Бачмановой. Забалуев — мой постоянный партнер, один из авторов экспериментального документального проекта «Человек.doc». История Кавказа, история самого места нас вдохновила, и мы написали сценарий. Но я подчеркиваю, это не реконструкция. Мы художники, мы придумали притчу и, используя вдохновляющие нас обстоятельства, рассказываем историю. Представьте две 15-метровые башни (чуть выше 6-этажного дома). Башня одного клана — черная, типа абхазской, черкесской, ингушской, сванской, у многих горских народов были подобные каменные башни. У другого клана — белый деревянный острог, он может быть сибирским, русским или казацким, такие ставили на Дону, на Кубани. В Дагестане, где я родился, если поискать, находишь следы и той, и другой архитектуры. Наша история о противостоянии, которое длилось веками, пусть даже были и периоды перемирия. Например, долгой Кавказской войне предшествовало несколько веков тесного сотрудничества с Российской империей, когда народы объединялись против турок-османов. И черкесы много раз обращались к русскому царю, чтобы он взял их под покровительство, но царь это сделал только когда женился на черкесской княжне. Этот эпизод, кстати, тоже есть в нашем спектакле. Так что история у нас получилась честная и даже в чем-то мелодраматическая, хотя основное ее содержание, конечно, войны.
Взрослые воевали, а дети были лишены возможности общаться друг с другом, дружить, и это, собственно, самое главное. Дети не хотят жить в мире, где постоянно воюют, провоцируют войны и, более того, наслаждаются ими.
Вводить в такой проект детей, не в качестве статистов, а на ключевые роли, где на них ложится огромная нагрузка — очень рискованно и ответственно. У наших юных артистов очень серьезные тексты, особенно финальный монолог, где ребенок, обращаясь ко всему взрослому миру, выносит ему приговор.
За пиротехнические эффекты и трюки с участием канатоходцев и батутистов в «Кавказских пленниках» отвечает Гера Спичкин и его знаменитый уличный театр «Огненные люди». Ребята участвовали во многих конкурсах и проектах, включая «Русские сезоны» в Каннах и Венецианский карнавал, а их огненно-пиротехнические спектакли были частью церемонии закрытия Зимних Паралимпийских Игр в Сочи.
Казалось бы, к большим проектам не привыкать, но ежедневное и притом дневное шоу для мастеров огня и пиротехники оказалось профессиональным вызовом.
— Это уникальный проект. На наших глазах на склоне, где ничего не было, вдруг возник целый театр, наподобие греческого или римского, и каждый день здесь будет идти представление. Проработать систему спецэффектов так, чтобы они выразительно смотрелись днем — это вызов. Но это время — пять часов вечера — выбрано неслучайно. Уже уходит жара, слепящее солнце, я знаю по фестивальному опыту, что после пяти людям уже ничто не мешает наши эффекты воспринимать. Вот, например, задача сделать вулкан. Ты думаешь, думаешь — а потом — раз — и как озарение. Вот он вулкан: дым есть, пепел есть, огонь есть, метров 10 в высоту есть. Смотреться будет? — Будет! Наши специи из цирковых номеров и всевозможных эффектов работают на контекст, на простую и вместе с тем гениальную идею всего проекта. Это не эффект ради эффекта: захотелось — и у нас тут жахнуло. Мы дополняем драматургию спектакля. А сразу после шоу вечернее солнце освещает склоны и тут просто фантастическая красота — небо, солнце и тучи свое шоу разыгрывают.
Для главных титанов шоу — Насрена и Прометея — Спичкин и его команда придумали номера на гироскопе — специально изобретенной для шоу металлической конструкции, которая реагирует на изменение углов ориентации тела.
— Вся система страховок, натяжек и прочего — очень мощная инженерия, поскольку это открытое пространство, где все делалось с нуля. Например, мы изобрели специальные конструкции — гироскопы, на которых работают артисты, которые говорят текст, при этом пользуются приемами акробатики, и все это в образе, в роли. И надо понимать, что гироскоп вот только что нами изобретен, то есть его никогда не было, а теперь мы ставим на нем совершенно уникальный номер. Гироскоп работает с весом тела — артисты нарушают законы гравитации. Поскольку у нас боги — Прометей и Насрен, они могут запросто не касаться земли, зависать в воздухе, быть супергероями и вытворять все, что они хотят. И это на высоте 15 метров от высокогорной сцены, то есть их будет обдувать ветер и иногда мимо будут проходить облака.
Дмитрий Силантьев (Прометей):
— «Огненные люди» подсказывают, как работать с телом. Чувствуешь себя в безопасности в такой огромной конструкции и на высоте более 15 метров.
Акоп Манвелян (Насрен):
— Гироскоп расширяет границы наших физических возможностей. Можно почувствовать себя свободным от силы гравитации. Это дает невероятные ощущения на уровне тела: действительно чувствуешь себя богом!
Музыку для спектакля написали электронщик Илья Хмыз и Павел Карманов — композитор скорее академический, один из авторов новой музыкальной редакции оперы Александра Бородина «Князь Игорь» в Большом театре. Одни его сочинения звучат в залах Московской консерватории, а другие работы используются в рекламе и телевизионных проектах. Для многожанрового спектакля этот опыт оказался как нельзя кстати. В «Кавказских пленниках» музыка зазвучит в исполнении то симфонического оркестра, то хора Сретенского монастыря, то солисток Теоны Контридзе и Юлии Волковой, а электроника, хип-хоп и мотивы национальных танцев будут сменять друг друга.
— Эклектичное смешение стилей давно уже происходит во всем мире, это распространенная практика, которая называется «кроссовер». То есть на перекрестке жанров рождается все самое интересное. И поскольку мы делаем спектакль для широкой публики, которая, возможно, и не обладает какими-то специальными музыкальными и театральными навыками, надо учитывать разные интересы. Мы, конечно, работаем с молодежной культурой и хотели звучать, как сегодняшняя, современная и, в хорошем смысле, поп-музыка. Это была задача, которую поставил режиссер с самого начала. Мне кажется, у нас с Ильей получилось прекрасное сотрудничество. Работа над этим спектаклем — время постоянных музыкальных находок и озарений. «Кавказские пленники» — это люди, которые находятся в плену у красоты Кавказа и не могут, да и не хотят, из этого плена вырваться.
Соединить текст и музыку и вписать динамичное действо в естественные декорации неба и гор взялась Жанна Шмакова, хореограф-постановщик десятка популярных мюзиклов («Иствикские ведьмы», «В джазе только девушки») и серьезных церемоний, вроде открытия Азиатских Олимпийских игр. Для нее масштабные проекты не в новинку. В «Кавказских пленниках», повинуясь ее фантазии, танцоры то взмывают в воздух на фоне неба и гор, то сходятся в воинственном танце смерти, то делают видимой и ощутимой любовь к Кавказу.
— Особенность хореографии проекта «Кавказские пленники» в ее многожанровости: лезгинка, хип-хоп, popping, stomp, паркур. В шоу участвуют сочинские танцоры и акробаты, для многих из них это первый сценический опыт. Многим пришлось освоить совершенно новые танцевальные направления в короткий срок. После первых репетиций стало ясно: команда — ураган! Собрались интересные, положительно заряженные, готовые экспериментировать и много работать люди. Мы ведь начали репетировать 10 июня и фактически в двухнедельный срок успели подготовить около десяти танцевальных номеров, абсолютно разных по стилям, характеру, манере исполнения. У нас очень много необычного реквизита, мы учитываем наклонную поверхность сцены — это действительно уникальная хореография.
Сцена в горах под открытым небом — как непредсказуемый аттракцион: палящее солнце сменяет дождь и ветер. Естественный горный релье
