Стиль
Впечатления Книга недели «Почему Америка и Россия не слышат друг друга»: Взгляд Вашингтона на новейшую историю российско-американских отношений
Стиль
Впечатления Книга недели «Почему Америка и Россия не слышат друг друга»: Взгляд Вашингтона на новейшую историю российско-американских отношений
Впечатления
Книга недели «Почему Америка и Россия не слышат друг друга»: Взгляд Вашингтона на новейшую историю российско-американских отношений
С 1991 года в США сменились четыре президента. Все они запускали перезагрузку отношений с Россией, и у всех ничего не получилось. Почему же, несмотря на прекрасные отношения в начале президентского срока, все всегда неизбежно портится к его окончанию

 

Анджела Стент
«Почему Америка и Россия не слышат друг друга»: Взгляд Вашингтона на новейшую историю российско-американских отношений
Издательство «Манн, Иванов и Фербер»
2015

Буш-младший опять-таки поначалу с подозрением относился к Путину, но после личной встречи в Любляне и после того, как Россия поддержала Америку осенью 2001 года в войне против террора, был крайне расположен к российскому президенту. Барак Обама откровенно поставил на Дмитрия Медведева в «надежде, что тот в конце концов сумеет политически утвердиться и сосредоточить власть в своих руках». В те времена у американских чиновников приобрело популярность выражение «подбодрить Медведева».

Почему же ничего не получилось? Почему же, несмотря на прекрасные отношения в начале президентского срока, все всегда неизбежно портится к его окончанию? Из книги Анджелы Стент, одного из самых известных американских специалистов по России, можно сделать несколько выводов.

Во-первых, отношения России и США всегда оказываются отношениями не стран, а двух президентов. Вот нравится Клинтону Ельцин, а Ельцину – Клинтон, значит, и у стран все хорошо. А приходит разочарование – и отношения портятся на государственном уровне. Клинтон вообще объявил себя «главным знатоком России в правительстве США». Не то что бы он не слушал советников, но политику он определял сам. Похожая история была с Бушем-младшим. После одного из саммитов он сказал о Путине: «Я заглянул в глаза этому человеку. Я понял, что это человек прямой и ему можно верить, – я постиг его душу». Кондолиза Райс тогда напряглась: «С этим мы еще хлопот не оберемся». Нет системы, есть личные взаимоотношения.

Во-вторых, американцы так до конца и не поняли, чего именно они хотят от России. К союзу на равных Америка была не готова, роль младшего партнера не подходила как для Ельцина, так и для Путина. Россия, в свою очередь, требовала признать постсоветское пространство своей особой зоной интересов, с чем не были согласны американцы. Но и ссориться с Россией американцы не решались, потому что все время нуждались в определенном содействии или, по крайней мере, не препятствовании: сперва на Балканах, потом в Средней Азии. Но, как пишет Стент, «когда две страны выстраивают партнерство на такой неординарной основе, как теракты 11 сентября, срок подобного партнерства обычно недолог, потому что они сосредоточены на конкретной и ограниченной цели – уничтожить общего врага». Глобальных целей никто так и не ставил.


Константин Мильчин