Михаил Врубель. 1898 год. Камин «Встреча Вольги Святославовича с Микулой Селяниновичем» (керамическая облицовка, фрагмент)
Всероссийский музей декоративного искусства отмечает 170-летний юбилей Михаила Врубеля выставкой «Врубель. Рождение нового искусства». В экспозиции художник предстает не только как один из ключевых мастеров русского искусства рубежа XIX–XX веков, но и как новатор, экспериментировавший с художественным языком и предвосхитивший многие поиски искусства будущего. Проект продолжает серию выставок музея, посвященных выдающимся художникам.
В экспозиции участвуют около 400 экспонатов из различных собраний. Большая часть — из коллекции Всероссийского музея декоративного искусства. Около 50 работ прислал Русский музей Санкт-Петербурга. Также среди участников — ГМИИ им. А.С. Пушкина, музей-заповедник «Абрамцево» и частные собрания.
Михаил Врубель — художник страстный. Потому его искусство мало кого оставляет равнодушным. И диапазон восприятия очень широк, от обожания до раздражения и даже агрессивного отторжения. Да и сам Врубель иронизировал над этими полярными оценками при жизни, говоря, например, что в понимании художников-академиков он «аттестован декадентом». Причина такой разности суждений о Врубеле в том, что он идеально воплотил все комплексы своего века, эпохи модерна и символизма. Он был фанатично предан идее абсолютной красоты и панэстетизму — главным ценностям ар-нуво и символизма, программным для объединения «Мир искусства», членом которого был.
В движении к этой абсолютной красоте Врубель был всеядным и неуемным. «Когда б вы знали, из какого сора // Растут стихи, не ведая стыда» — если в этих легендарных ахматовских строчках заменить «стихи» на «цветы», будет идеальная формулировка, даже диагноз странного метода Врубеля. Тем более живописание цветов было одним из лейтмотивов творчества мастера.
Выставка «Врубель. Рождение нового искусства» во Всероссийском музее декоративного искусства
Он совсем не был рафинированным философом, не пытался обращаться лишь к тонкой материи и высокому канону. Наоборот, часто выступал декоратором, даже бутафором некоей пластической инсталляции. Грубая мишура реквизита, сценографические конструкции, превращавшиеся у него в строительные леса, кристаллы формы столь же сущностны для Врубеля, что и дар прозрения горизонтов новейшего искусства. Женой художника была оперная певица Надежда Забела. Львиную долю своих опусов Врубель посвятил как раз декорационному искусству, оформлению спектаклей, реквизиту, костюмам.
В письме сестре Анне 1 мая 1890 года Михаил Александрович как-то обмолвился: «…поиски мои исключительно в области техники. В этой области специалисту надо потрудиться; остальное все сделано уже за меня, только выбирай». Тема технического выбора уже готовых средств свидетельствует о Врубеле как о совершенном эклектике. Образ эклектика-перфекциониста весьма адекватен нынешней позиции художника в мире мультимедийных технологий.
Он идеально воплотил все комплексы своего века, эпохи модерна и символизма.
Предыдущая, самая масштабная в истории выставка «Михаил Врубель» (кураторы Ирина Шуманова, Аркадий Ипполитов) проходила в конце 2021 — начале 2022 года в Третьяковской галерее. Она стала крупнейшим за 65 лет показом произведений художника. Мы не стремимся повторить такой музейный подвиг. Для нас важно показать Михаила Александровича в оптике идеального ремесленника, благодаря своему совершенному техническому мастерству ставшего пророком многих формальных идей XX и XXI века.
Лейтмотив выставки — керамика Врубеля. У других мастеров она будто бы имеет прикладной смысл. У Врубеля включается в его гигантский труд созидания единого образа Красоты, что он формулировал для себя всю жизнь.
Керамическое изделие мыслилось художником всегда в категории большой монументальной формы. Он словно хотел увидеть, понять архетипические качества каждого созданного предмета и образа. Врубель тщится расколдовать эту заповеданную нам в логическом понимании реальность. И природное вещество — глина — становится порталом в его странствиях к тайникам Натуры.
Михаил Врубель. Пепельница. Абрамцевская керамическая мастерская. 1903
Увлечение керамикой (он работал над ней в подмосковной усадьбе Абрамцево промышленника и мецената Саввы Мамонтова) будто бы связало две природы врубелевского гения: практическую и мистическую. Работа с земной материей, обжиг глины — суть алхимических опытов древности. Упрямой волей гордеца Врубель возводит кристаллическую решетку, рассматривает мир во вращении алхимического камня. И все искусства оказываются единым ресурсом. Они участвуют в процессе Великого Делания, проходят многие этапы плавления материальной субстанции ради вызволения чистого субстрата Истины и Красоты, того, что алхимики называли «философским камнем».
И собственно керамическое производство, «огненная живопись» и прокаливание твердого вещества ради совершенной формы, оказывается ключевой темой и в плане образном, и в конкретном выставочном.
В интерпретации искусства Врубеля от ремесленника к демиургу, от декоратора к творцу Gesamtkunstwerk мы делаем выставку-путешествие. Четыре ее части не совпадают с биографической канвой. В круговой анфиладе залов усадьбы Остермана, где сегодня располагается Всероссийский музей декоративного искусства, почти нет хрестоматийных картин художника (например, знаменитых портретов или летящего, сидящего и поверженного Демонов).
Мы делаем выставку-путешествие. Четыре ее части не совпадают с биографической канвой.
Здесь представлены экспонаты разных эпох и стилей, которые помогают видеть генезис универсального метода мастера и понять причину его уникальной чуткости к различным техникам. Также нам захотелось в этой полифонической модели понять его пророческий дар в общении с опусами модернизма XX века и современного искусства.
Выставка «Врубель. Рождение нового искусства» во Всероссийском музее декоративного искусства
Михаил Врубель начинал свой творческий путь как мастер историзма (эклектики). В период обучения в Академии художеств он делал роскошные стилизации, осваивал и переосмыслял манеры мастеров прошлых эпох. Его ранние произведения («Натурщица в обстановке Ренессанса», 1883) стали репетицией в театре метаморфоз исторических сюжетов и стилей, определивших творчество Врубеля эпохи модерна. Внутри историзма стили и эпохи воспроизводились буквально в виде точных цитат и дотошных реконструкций. В эпоху модерна на смену цитированию пришло яркое индивидуальное творческое переосмысление.
Открывает выставку множество предметов эпохи историзма из фондов Музея декоративного искусства: сервировки стола, сервизы, настольные украшения, фарфоровые фигурки народов России. Им на смену приходят опусы эпохи модерна.
Гипербола, эксцентрика, свободная игра с каноном определяют искусство модерна, от особняков Федора Шехтеля (в которых жили панно Врубеля) до форм шкатулок, ковшей и рамок для фотографий. В зале выставлены картины Николая Милиоти и Петра Уткина — в них люди будто заплетаются в ковер призрачных грез. Керамические объекты Виктора Борисова-Мусатова, самого Врубеля показывают мир преображенным по властной воле не архивных юношей эпохи историзма, а амбициозных творцов новой эпохи.
Выставка «Врубель. Рождение нового искусства» во Всероссийском музее декоративного искусства
Вдохновенная стилизация и взаимообмен качествами разных видов искусства рождают важное понятие, определяющее искусство эпохи модерна вообще и творчество Врубеля в частности: театральность. Способность к лицедейству каждой формы, каждого объекта стала неотъемлемым качеством стиля. Все виды творчества будто перенимают на себя пластику и приемы воздействия других, подражают им, входят в роль. Живопись обретает себя в модальности скульптуры, скульптура — живописи. Они обе лицедействуют внутри архитектурного образа.
Высшая миссия театра в контексте философии символизма и модерна состоит в том, чтобы не делать иллюзию жизни, а создавать новую жизнь. Так, во всяком случае, видели идеал жизнетворчества в искусстве люди Серебряного века, и Врубель в их числе.
Все виды творчества будто перенимают на себя пластику и приемы воздействия других.
В искусстве Врубеля различные виды искусства словно перетекают друг в друга, взаимозаменяются. «Огненная живопись» майолики зажигает кристаллические композиции его картин. И наоборот, картины цвета тлеющих угольков воспламеняют образы граненых майоликовых скульптур. Отказ от деления на низкий и высокий виды определяют Врубеля как философа нового искусства, открывшего путь глобальному синтезу и исчезновению границ.
Михаил Врубель. «Голова ассирийца». Абрамцевская гончарная мастерская, 1890-1918
Виктор Васнецов. «Гамаюн». Абрамцевская гончарная мастерская, 1890-е
Михаил Врубель. Ваза «Богатыри», 1890-е
Михаил Врубель. «Египтянка» («Тайна»). Абрамцевская гончарная мастерская, конец XIX — начало XX вв.
Благодаря предметам, выставленным в следующем зале, «Лаборатория алхимика», можно понять новое обращение к национальным истокам ремесленного творчества в Абрамцево. Этот раздел рассказывает о переизобретении майолики благодаря содружеству Врубеля с технологом Петром Ваулиным, открывшим восстановительный обжиг, превращающий глазурь в покрытие из металла. Этот метод позволил даже маленькие майоликовые скульптуры наделить качеством большой формы.
В зале выставлены и майоликовые скульптуры Врубеля, его современников и предметы древних времен. Античная керамика оказывается мощным стимулом вдохновения в формотворческих экспериментах. Мастера-эмальеры из Лиможа, естествоиспытатель и художник-керамист XVI века Бернар Палисси экспериментировали с формой и цветом так же дерзко, как впоследствии Врубель. Хитросплетения орнаментов на эскизах блюд эпохи маньеризма предвосхищают экзальтированную грацию врубелевских композиций на сказочные сюжеты.
Античная керамика оказывается мощным стимулом вдохновения в формотворческих экспериментах.
Очевидно, что Врубель находился в диалоге с историческими образцами керамического искусства. Он словно бы смотрелся в зеркало прошлого, чтобы увидеть будущее.
Главный «алхимический» экспонат в этом зале — вариант камина с керамической облицовкой «Микула Селянинович и Вольга», посвященного эпизоду из новгородского былинного эпоса: встрече пахаря Микулы и воина-варяга Вольги. Прототипом послужило живописное панно «Микула Селянинович», созданное Врубелем для Всероссийской художественно-промышленной выставки 1896 года в Нижнем Новгороде.
Камин — образцовый пример искусства национального модерна. Сплав разных традиций, гипербола, эксцентрика подчинены здесь синтезу искусств, в котором любая форма причастна принципам большого стиля. Именно поэтому сама композиция камина ассоциируется с фасадом здания, его порталом.
Михаил Врубель. Камин (керамическая облицовка) «Встреча Вольги Святославовича с Микулой Селяниновичем». Россия. Конец XIX — начало XX века
В третьем зале зритель попадает в «Капеллу». Архитектура, спроектированная сценографом выставки Степаном Лукьяновым, обращает к интерьерам древних храмов Пскова и Новгорода — именно эти памятники стали творческим ориентиром для художников и архитекторов эпохи модерна.
Рубеж веков был отмечен напряженным поиском новых форм религиозного чувства. Особенно громко звучали темы «нового благочестия» и «тоски по Византии». Прослеживалось явное стремление стилизовать формы культовых предметов под древние прототипы. В религиозной жизни ощущался возврат к идее страстного, мистического переживания библейской истории.
В этом разделе представлены экспонаты, воплотившие новые идеи о форме, цвете и свете, об их мистической силе. Эти поиски были близки и Михаилу Врубелю.
Основу экспозиции этого раздела составляют иконы XIX столетия, исполненные в технике живописи по эмали. Священные образы, созданные с помощью обжига, особенно тонко раскрывают идею творения подобия горнего мира. Нематериальная, казалось бы, основа цвета, света и формы позволяет пережить икону как образ явленного чуда. В этих работах возрождается алхимическая идея: через преодоление тяжелой геологической породы происходит ее растворение в сверкающих потоках мистического света.
В разделе «Капелла» нет произведений самого Врубеля, однако память о мастере присутствует. Библейские сюжеты в церковных росписях Врубеля cоздавались также под влиянием идеи о светоносной живописи, которую на протяжении столетий развивала европейская культура.
Выставка «Врубель. Рождение нового искусства» во Всероссийском музее декоративного искусства
Завершает экспозицию раздел «Пророк». Символисты исходили из идеи, что за видимым миром есть иной, духовный или мистический слой и искусство должно стать ключом к нему. Художники-символисты активно обращались к архаике — к мифам, древним культурам, первобытному искусству. Майолика и изобразительное искусство Михаила Врубеля предстают одновременно и как следы древних цивилизаций, своеобразное припоминание прошлого, и как пророчество нового мира. Соседство в экспозиции работ Врубеля на национальные и архаические темы с произведениями Павла Кузнецова, Виктора Борисова-Мусатова и Александры Щекатихиной-Потоцкой подчеркивает общность этого поиска у разных мастеров эпохи.
Стремление препарировать Вселенную сближает Михаила Врубеля с Павлом Филоновым. Атомарное разъятие мира Филонова коррелирует с кристаллическими конструкциями композиций Врубеля. Другие мастера авангарда первой довоенной волны будто бы восприняли его граненые образы как обратную проекцию кубизма и кубофутуризма. В этом контексте особенно интересно увидеть живопись и керамику Врубеля в соседстве с натюрмортами Ольги Розановой и Иосифа Школьника.
Стремление препарировать Вселенную сближает Михаила Врубеля с Павлом Филоновым.
В изобразительном искусстве первых послереволюционных лет уникальным собеседником Врубеля выступает Климент Редько. В 1920-е годы мастер разработал два оригинальных метода — «свеченизм» и «электроорганизм», в которых свет становится архитектонической идеей изображения. В художественной системе Климента Редько живопись синтезирует в себе сакральный свет икон с электрификацией, техническим обновлением жизненного процесса.
С 1940-х годов по сегодняшний день творчество Врубеля продолжает стимулировать формотворческие поиски. Эти связи можно уподобить игре отражений и бликов в гранях вращающихся кристаллов.
Выставка «Врубель. Рождение нового искусства» во Всероссийском музее декоративного искусства
Преображающий пространство внутренним свечением колорит Михаила Врубеля отзывается в картинах художника Павла Челищева. В 1940-е годы Челищев создает «Игру в прятки», где, подобно Врубелю, вглядывается в странные превращения природных форм. В 1950-е годы художник обращается к «световой анатомии», стремясь выявить внутреннюю структуру и свечение человеческой фигуры. Похожие идеи алхимического обжига, «прокаливания природы» ради достижения идеальной формы и световой гармонии, имел в виду и Врубель.
Врубель становится предтечей мастеров, толкующих о «возвышенном» и сегодня. Абстрактные майоликовые изразцы и изображения жемчужин оживают в обрамлении графики, объектов и картин современных художников. Среди них Ирина Корина, Ульяна Подкорытова, Леонид Цхэ, Mika Zohn, Василий Иванов, Данила Толстов и другие. Искусство сегодня не обязано следовать узнаваемому сюжету — и именно в этой свободе рождается смелость формы. Любой созерцатель такого искусства может относиться к нему как к плоду собственной фантазии и быть преисполненным гордости, будто посвященный в некий магический ритуал, цели которого неисчерпаемы, а процесс бесконечен.
В результате образ выставки подобен не зеркалу с одним отражением, а кристаллу — любимому образу Врубеля. В гранях кристалла прошлое, настоящее и будущее вступают в диалог и позволяют увидеть творчество художника в новых связях и контекстах.
Выставка «Врубель. Рождение нового искусства» проходит во Всероссийском музее декоративного искусства 18 сентября — 17 февраля.
