Стиль
Впечатления «Выпустить специальные женские часы мы пока не готовы»
Впечатления

«Выпустить специальные женские часы мы пока не готовы»

Фото: Пресс-материалы
Член совета директоров швейцарской часовой марки — о самой сложной модели часов IWC и логике часовой индустрии.

До того как заняться часовым делом, Ханнес Пантли работал в банковской сфере и туризме. Старожил компании IWC (он пришел работать в часовой дом в 1972 году) считает часы самой интимной вещью для мужчины и сожалеет лишь о том, что нынешнее поколение совсем не привязано к вещам.

 

Дом IWC стал вашим первым местом работы в часовой индустрии. Как вы в него попали?

На самом деле меня пригласили. Но о марке IWC я услышал значительно раньше. Обычно в Швейцарии на 16-летие в подарок ребенок получает часы от своего крестного. И я хорошо помню, как в школе у моих одноклассников были часы разных марок: Omega, Eterna. А у одного были часы IWC. И все потешались над ним, удивляясь «странной марке из Шаффхаузена». А он отвечал: «Если вы не знаете эту марку часов, это ваша проблема». Я навсегда запомнил эту историю… Я пришел в IWC в 1972 году, а спустя пару лет разыгрался «кварцевый» кризис. Это было очень интересное время! Появились новые рынки в странах Персидского залива — Дубай, Объединенные Арабские Эмираты, Оман, о которых мало кто знал. Мне выпала миссия шесть раз в год отправляться на Ближний Восток, чтобы представлять шейхам наши новые коллекции. Именно ради этих поездок марка и создавала новые часы. Это по-настоящему спасло нашу компанию. За те три года Швейцария потеряла до 90 000 рабочих мест, да и в IWC из 350 осталось всего 150 человек.

 

Тот факт, что бренд IWC не имеет единственной узнаваемой модели, как Rolex Oyster или Hublot Big Bang, это преимущество или проблема?

Меня часто спрашивают, кто основной конкурент IWC. Но у нас нет конкурентов. Именно потому, что мы имеем в своем портфолио несколько разных семейств часов — Pilot, Ingenieur, Portofino, Portugieser. Широкий ассортимент создает широкий ценовой диапазон: от 5000–6000 до 700 000. Многие другие бренды не могут так поступить: имидж не позволяет. Например, Rolls Royce не сможет выпускать маленькие машины за 20 000это будет выглядеть странно.

 

Ваша любимая часовая семья IWC?

Конечно, Portofino — классические круглые часы. Я отлично помню запуск этой линии в 1984 году. В тот год я много путешествовал по Италии и понял, что многие с удовольствием носили бы элегантные круглые часы с тремя стрелками, если бы они у нас были (в то время IWC выпускал хронографы и сложные часы). Поэтому я настоял на том, чтобы бренд сделал такие часы, но в корпусе большого размера — 46 мм. Поначалу публика их не приняла, а «распробовала» только в 1993 году, когда мы отмечали 125-летие бренда. Так что нас можно считать первопроходцами в области крупных мужских часов.

 

Но в прошлом году вы как раз выпустили Portofino Midsize. Реверанс в сторону женщин?

Пожалуй. Ведь более 50% населения Земли составляют дамы, и нашей марке этого сегмента не хватало. За последние 20–25 лет мы совсем не выпускали женских часов, только мужские модели. А сейчас сделали этот важный шаг и предложили часы диаметром 40 и 42 мм — это не совсем женский размер, но вполне может подойти дамам. Отмечу кстати, что оригинальные Portofino 46 и 48 мм охотно носили многие женщины в Италии и Швейцарии. 

 

Но выпустить специальную женскую модель бренд не готов?

Пока нет.

 

Четыре года назад IWC представили самые сложные часы за всю свою историю Portuguese Sidérale Scafusia. Вы продолжаете принимать заказы?

Да, это совершенно особенный проект, который потребовал десяти лет разработок. Эти часы значительно более уникальные, чем модель из любой лимитированной серии. Каждый экземпляр (а в год мы можем выпускать не более пяти на заказ) «настраивается» на своего покупателя: карта звездного неба с обратной стороны часов показывает конкретное расположение звезд именно в той точке, которую выберет клиент. Заказы по-прежнему принимаются, но придется запастись терпением.

 

Почему люди сегодня продолжают покупать часы?

Знаете, разница между мальчиком и мужчиной — лишь в стоимости их игрушек. Мужчины не могут носить бриллианты, так что часы — это единственное их украшение. И, по-моему, это самая интимная вещь, которая есть у мужчины, — жаль, что многие этого не понимают и не ценят. А нынешнее поколение вообще слишком легко расстается с вещами, не привязываясь к ним душой. Чтобы узнать время сегодня, достаточно пластиковых часов за 50. Так что, по логике вещей, часовая индустрия в принципе не должна существовать. Но, видимо, здесь работают какие-то другие законы бытия…