Мария Синицына
20 июля в пространстве «La`Театра» в Хамовниках состоится пятый ежегодный питчинг «Мастерской Брусникина», где режиссеры и актеры «Мастерской» презентуют эскизы потенциальных премьер и устраивают читки пьес, а зрители получают редкую возможность приобщиться к творческому процессу одного из самых ярких независимых театров России. Команда питчинга — герой проекта «РБК Визионеры».
О переходе из корпоративного мира в театральный, о питчинге и о том, что, несмотря на постоянно меняющиеся внешние обстоятельства и внутреннюю эволюцию театра и его труппы, остается в его ДНК, мы поговорили с директором «Мастерской Брусникина» Марией Синицыной.
Как вы оказались в «Мастерской Брусникина»? Когда и при каких обстоятельствах пересеклись ваши пути с [актером, режиссером и педагогом] Дмитрием Брусникиным и его театром?
Наши орбиты с «Мастерской» и Дмитрием Владимировичем пересеклись задолго до того, как я вообще могла помыслить о том, чтобы стать частью театрального мира. Думаю, что мы познакомились в 2015–2016 годах, когда стали попадать на одни и те же публичные дискуссии и участвовать в совместных проектах. Тогда я еще была скорее консультантом в культурной сфере, а до этого занималась стратегическими партнерствами в корпоративном секторе, но с 2012-го заходила на территорию культуры: участвовала в разработке стратегии для Музея Москвы, Центра моды и дизайна при Музее декоративно-прикладного искусства, Мультимедиа Арт Музея, Школы Родченко…
А потом моя коллега [директор Школы Родченко] Лена Лунгина как-то сказала: «Я тут видела студентов — они просто потрясающие! «Мастерская Брусникина». Сходи на «Бесов». Я сходила и осталась под сильнейшим впечатлением. Подписалась на социальные сети «Мастерской» и однажды увидела их просьбу: что-то произошло с площадкой, и у ребят отменился показ спектакля «Слон» в рамках «Золотой маски», они срочно искали другое пространство. Я в то время консультировала инвестора, который запускал Центральный рынок на Рождественке, и уговорила его приостановить работы на четыре дня — спектакль прошел в подземелье, прямо посреди стройки. Тогда мы с «Мастерской» по-настоящему подружились.
После этого были и пластический спектакль-перформанс «Двоица» Юры Квятковского в Новой Третьяковке, и идея театрального проекта по Галичу… Помню, как мы встретились с Дмитрием Владимировичем: я хотела просто познакомить его с моей подругой Леной Каменской, которая хотела с ним что-то придумать вместе к готовящемуся юбилею — 100-летию Александра Галича. И тут выяснилось, что это любимый поэт Брусникина, и, наверное, два часа он вдохновенно рассказывал нам о творчестве и непростой судьбе Галича. А в конце того вечера он сказал: «Маша, вы тоже оставайтесь».
Так я стала частью команды «Мастерской», а наш музыкальный байопик об Александре Галиче «Право на отдых» стал моим продюсерским дебютом. Причем все это произошло еще и в очень тяжелый для «Мастерской» момент: после ухода Брусникина (режиссер умер в августе 2018 года) мы остались без поддержки прежних спонсоров — они просто не верили, что без основателя театр вообще сохранится. Но мы не сдались, еще несколько месяцев ушло на поиски финансирования, и премьера состоялась. Спектакль попал в лонг-лист «Золотой маски».
Сегодня вы директор «Мастерской Брусникина». Как в вашей работе сочетается творческое и менеджерское?
Действительно, работа директора — это во многом рутина: финансы, отчеты, организация процессов. Это не самая вдохновляющая часть, но она необходима. И мой опыт в корпоративном мире тут очень помогает, остается такой базой и классным подспорьем. При этом я остаюсь продюсером и продолжаю участвовать в выпуске спектаклей. Сейчас на моем счету уже шесть продюсерских работ. А с 2022 года я совмещаю административную и художественную деятельность еще и как член художественного совета «Мастерской».
Который, кстати, имеет решающее слово в процессе питчинга. Это один из ключевых для театра форматов сегодня. Расскажите коротко, как питчинг появился и что это за модель?
Питчинг — это открытый (что важно!) показ театральных эскизов, своего рода лаборатория будущих постановок в формате однодневного фестиваля. Идея возникла у наших режиссеров-брусникинцев, и летом 2021 года мы провели первый такой просмотр в театре «Практика»: у каждого постановщика была своя задумка, и мы дали им возможность показать ее в формате минималистичного эскиза.
Первые питчинги прошли в формате закрытых просмотров, но потом мы сделали шаг навстречу публике — и оказалось, что это работает еще лучше. Это как фестиваль короткометражек или открытая репетиция музыкального ансамбля: у зрителя появляется возможность заглянуть в творческую кухню театра.
Впоследствии мы посчитали, что примерно три четверти наших новых спектаклей рождаются именно из питчинга. Мы не ограничиваем авторов темами, жанрами или форматами — важно, чтобы идея попадала в неизменную ДНК «Мастерской»: мы ценим смелость, честность, эксперимент.
Это как фестиваль короткометражек или открытая репетиция музыкального ансамбля: у зрителя появляется возможность заглянуть в творческую кухню театра.
А вы собираете обратную связь от публики?
Конечно, мы изучаем отзывы зрителей. И это удивительно, как много они говорят и пишут об увиденном в социальных сетях (в нашу эпоху оценок лайками) и как глубоко они готовы анализировать эскизы.
Плюс у нас есть «клуб экспертов» — театральные критики, кураторы, худруки, которые остаются после питчинга на закрытые обсуждения с командой. Но финальное решение о запуске спектакля в продакшен и правда принимает художественный совет.
Сцена из спектакля «Гномы Гну»
Что зрители увидят в этом году?
В этом году у нас четыре эскиза. Будут две работы в жанре физического театра. Первая — «Авдотья Рязаночка» Анжелики Катышевой, ее режиссерский дебют. В основе спектакля — былина, но поставлен он будет как современная история о soft power, или «мягкой силе», и внутреннем ресурсе женщины. Думаю, получится очень красивая, сильная работа, специально для которой пишется музыка с отсылками к фольклору.
Второй спектакль — «Злая тетя» Светланы Шуйской, преподавательницы Gogol School. В нем много хореографии, хип-хоп, черный юмор и герои-тараканы с античными именами, которым помогают дети. Наверное, по описанию и настроению это что-то близкое к подростковому спектаклю, но я уверена, что он будет интересен и взрослым.
Третий эскиз — «Черная пурга» Сергея Щедрина. Тревожная, почти линчевская история о том, как за уютом и теплым ламповым светом прячется бездна. Очень хочется увидеть, как Сергей это в итоге сделает. И я надеюсь, что спектакль обязательно состоится.
Наконец, последний эскиз этого питчинга — «Павлик Морозов суперзвезда» Мирослава Лашкевича. Ну это полный рок-н-ролл, переосмысление советского шаржа на классику 1970-х — Jesus Christ Superstar Эндрю Ллойда Уэббера. Впрочем, несмотря на такой как будто карнавальный хулиганский синопсис, на первый план в этом спектакле выходит тема личного выбора, предательства, поиска опоры в непростое время. Это острая и важная работа.
Сцена из спектакля «Плотник»
В этом году «Мастерской Брусникина» исполняется десять лет. Только что состоялась премьера моноспектакля «Плотник», теперь близится питчинг. А какие у «Мастерской» еще планы на юбилейный сезон?
Очень хотим выпустить спектакль «Гриша не свидетель» по одноименной книге Насти Рябцевой, рожденный как раз на прошлом питчинге. Это остроактуальный разговор о том, как подростки переживают буллинг, несправедливость, и шире — о важности коммуникации между поколениями.
Конечно, мы мечтаем о собственном доме — все эти десять лет мы остаемся театром без стен, но с сильной командой. И хотя внешний контекст нестабилен, мы продолжаем выпускать новаторские спектакли, работать с молодыми режиссерами, находить и расширять круг своих.
Сцена из спектакля «Гриша не свидетель»
Что, несмотря на глобальную нестабильность, остается в культуре «Мастерской» неизменным и позволяет театру сохранять визионерский курс?
Во-первых, живой, обновляющийся художественный совет. Это не кастовый орган, и туда постоянно приходят новые люди. А во-вторых, установка «на попробуй». У нас поощряется переход из актерства в режиссуру, из режиссуры в хореографию. И вообще, мы постоянно экспериментируем, поддерживаем друг друга в том, чтобы пробовать новое для себя: хочешь поставить спектакль — приноси эскиз, хочешь писать музыку — покажи. Этот подход формирует огромный кредит доверия и свободы, которые остаются в ДНК «Мастерской». В-третьих, говоря о команде, я имею в виду не только актеров, но и продюсеров и всех, кто делает так, чтобы театр работал как механизм. Ведь недостаточно прийти с идеей — ее нужно реализовать, построить процессы, от сведения графиков до производства и пиара, чтобы эта идея стала реальностью. Это команда энтузиастов, людей, которых объединяет любовь к профессии и к «Мастерской». Наконец, еще одна важная вещь для нас — уважение к другим. Умение внутри команды слушать, договариваться, приходить к консенсусу. Опыт последних лет показывает, что это по-настоящему ценно, причем не только в театре, но и в жизни.
