Стиль
Вещи Как создают одни из самых дорогих в мире ботинок
Вещи

Как создают одни из самых дорогих в мире ботинок

Фото: пресс-служба
Редактор моды «РБК Стиль» Татьяна Пятых побывала в bespoke-ателье Berluti в Париже и узнала, почему клиенты готовы по несколько месяцев ждать свои идеальные дерби и лоферы — оригинального лаймового цвета, с инициалами на подошве или из экзотической кожи.

За полтора века бренд, созданный итальянцем Алессандро Берлути в Париже, претерпел немало изменений. Но в сердце дома по-прежнему остается bespoke-ателье, где все сохранилось практически в первозданном виде. «К нам приходят не только за обувью. Заказчики получают опыт, мастерство, историю», — говорят в ателье. И если в мире, перенасыщенном брендами и вещами, клиенты готовы ждать свою пару девять месяцев (это минимальный срок), а иногда заказывают сразу два десятка пар (с учетом, что самая бюджетная модель стоит 6 тысяч евро) — значит, в этих лоферах и оксфордах есть нечто действительно ценное.

Заказ обуви в Berluti можно сравнить с путешествием во времени — в эпоху, когда жизнь протекала куда спокойнее, а вещи не были явлениями одного сезона.

Фото: пресс-служба

Джон Кеннеди и Пабло Пикассо, Фрэнк Синатра и Аристотель Онассис, Эдуард, герцог Виндзорский и Жан Кокто — в прошлом и настоящем у марки так много именитых заказчиков, что любой другой бренд может только позавидовать. С некоторыми из них у Berluti особые отношения. Например, правнучка основателя компании Ольга Берлути придумала мокасины Andy специально для Энди Уорхола. Пара до сих пор присутствует в коллекции и считается одним из бестселлеров бренда наравне с лоферами Alessandro. Также есть пара ботинок, изначально созданных для Греты Гарбо, а в дальнейшем переделанная для Рудольфа Валентино. Сегодня эта модель почти не изменилась внешне, но стала куда технологичнее и существенно легче.

«Нет более вульгарного зрелища, чем мужчина, которому тесно в его обуви», — как-то сказала Ольга Берлути. Снятие мерок в этом смысле имеет большое значение. Как правило, первый визит в ателье занимает около часа: мастер общается с клиентом, пытается понять его характер, расспрашивает о стиле, пожеланиях, образе жизни, семье, доме и любимых странах. По словам мастеров, они стремятся создать обувь, которая идеально подходила бы не только ноге, но и глазам, а еще становилась бы основой всего силуэта, корректируя возможные недостатки фигуры. Поэтому снимают две мерки: когда заказчик стоит и сидит, поскольку стопа «ведет себя» по-разному в зависимости от положения тела.

Фото: пресс-служба

На этом же этапе обсуждают дизайн, всегда уточняя «программу» и «проект» клиента. Программа — срок, к которому понадобится обувь, например свадьба через девять месяцев. Проект — это пара, о которой мечтает клиент. У бренда есть огромный архив с фотографиями и эскизами моделей, на которые можно ориентироваться, но в целом в Berluti способны реализовать практически любую фантазию. Будь то ботинки Джеймса Бонда из «Доктора Ноу» или дерби из кожи осетра — самого непростого материала в работе. Этот вид кожи особенно ценится за сложный рельеф, чтобы сохранить его, требуется много времени и большое умение.

Фото: пресс-служба

Препятствием могут стать разве что технические особенности. Например, если заказчик хочет пару из кожи кенгуру, на определенной подошве и с конкретными стежками, ему стараются объяснить, что этот материал очень тонкий и в данном случае подходят далеко не все способы обработки. Впрочем, компромисс и точки соприкосновения находятся всегда.

У каждого клиента, хоть раз обратившегося к услугам ателье, есть своя обувная колодка. Этот макет стопы создается из целого куска дерева, мастер шаг за шагом обтесывает брус специальным ножом, добиваясь совершенной формы и приближаясь к идеальным меркам. Работа требует особого внимания: инструмент острый и при этом достаточно тугой, так что ненароком можно срезать лишний кусок и все придется начинать сначала. Отчасти столь кропотливный процесс обусловлен тем, что в отличие от того же костюма, где погрешности можно исправить почти на любом этапе, у обувного мастера права на ошибку нет: все приходится начинать с нуля.

Фото: пресс-служба

Каждая колодка создается в двух экземплярах — для мастерской в Париже и мануфактуры в Италии. Интересно, что сам Алессандро Берлути славился умением разбираться в сортах древесины и их свойствах, что очень пригодилось ему на первых порах. Дерево до сих пор имеет особую ценность для дома: даже приглашение на показ коллекции новоиспеченного креативного директора Berluti Криса Ван Аша было оформлено в виде крупного деревянного бруска.

Некоторым клиентам предлагают сразу определиться с расцветкой. В конце 1950-х Berluti совершил своего рода революцию, создав новаторскую палитру, в которую входили сложные оттенки вроде лаймового, перетекающего в желтый, насыщенного чернильного, богатого «пино нуар» и многих других. Сегодня цветовой ряд еще шире, а обувь полируется очень тщательно, практически до зеркального блеска.

Фото: пресс-служба

Любую пару можно сделать еще более персональной: например, кто-то из клиентов добавляет свои инициалы на подошву, а кто-то хочет конкретную модель монков, но с пряжками, которых нет в коллекции марки. Тогда разрабатывается новый дизайн деталей, но на это также уходит дополнительное время.

Сейчас в ателье работают два мастера, создающие обувь для Berluti уже более полувека. Они давно могли бы уйти на пенсию, но до сих пор продолжают трудиться. На вопрос почему говорят, что наконец чувствуют прогресс в своей работе. В ателье отмечают, что каждый заказ даже от давних клиентов — это всегда вызов и абсолютно новый проект: «Создание пары обуви сравнимо с каллиграфией: мы все умеем выводить А и Б, но почерк при этом у каждого свой».

В России бренд Berluti эксклюзивно представлен в ЦУМе.