Анатолий Попов
Социальный бизнес в России сегодня — это уже не нишевая история, а полноценный сегмент малого и среднего предпринимательства. Такие проекты решают реальные проблемы людей и создают рабочие места. Но главный вопрос — как встроить их в экономику так, чтобы они не зависели от грантов и жили по рыночным законам?
7–8 апреля «Сбер» проводит на своей площадке форум «Бизнес сердцем». Зачем крупнейшему банку страны погружаться в социальное предпринимательство? Это имидж или новый рынок?
И то, и другое, но не в том смысле, каком принято думать. Имидж — это следствие, а не цель. А новый рынок действительно формируется, но речь не про быструю прибыль.
Сегодня эффективная благотворительность — это не только про чувства, но и про системную работу. «Сбер» видит в социальном предпринимательстве партнера, который может решать реальные проблемы людей, но нуждается в технологиях и масштабировании. Мы обладаем компетенциями в искусственном интеллекте, облачных решениях и цифровых платформах. Если передать их тем, кто работает с уязвимыми категориями граждан, эффект умножается.
Форум «Бизнес сердцем» — это как раз та площадка, где можно услышать самих предпринимателей, понять их реальные запросы и перейти от точечных инициатив к выстроенной системной работе. Тем более что организаторы из «Опоры России» создали действительно живое пространство для диалога, и мы рады быть здесь партнерами.
Форум «Бизнес сердцем»
Форум «Бизнес сердцем»
Форум «Бизнес сердцем»
То есть вы не просто даете деньги, а предлагаете технологическое партнерство. Что «Сбер» конкретно делает для таких проектов?
Совершенно верно. Деньги — это лишь средство, но не решение. Без цифровой инфраструктуры даже самый искренний социальный проект остается локальным и уязвимым. Поэтому мы в «Сбере» запустили конкурс «Лидеры социальной индустрии» в рамках программы «Колибри». Суть в том, что социальный предприниматель приходит с идеей, а мы помогаем внедрить цифровые решения — от мобильного приложения до ИИ-помощника — и выстроить технологический фундамент: автоматизировать процессы, собрать данные, масштабировать услугу.
Например, в прошлом сезоне поддержали проект «Услышать тишину» — приложение для общения врачей с глухими пациентами. Оно решает реальную проблему доступности медицины. Также мы помогли сервису AR-примерки адаптивной одежды для детей с инвалидностью: теперь родители могут подбирать вещи онлайн без примерочных. И поддержали фонд, который помогает молодым людям с особенностями развития находить работу. Но это, конечно, не все примеры.
Деньги — это лишь средство, но не решение. Без цифровой инфраструктуры даже самый искренний социальный проект остается локальным и уязвимым.
А много ли таких проектов сегодня в России? Какова их динамика и география?
Хотя официально в реестре Минэкономразвития около 10–12 тыс. таких организаций, 400 тыс. организаций — клиентов Сбера — соответствуют критериям социального предпринимателя. Это говорит о высоком скрытом потенциале.
Динамика очень позитивная, и это радует. Если говорить о цифрах конкурса «Лидеры социальной индустрии», то в новом сезоне мы получили заявки из 23 регионов. В финал вышли 20 проектов, а поддержку получили десять лучших. Это только те, кто прошел строгий отбор.
Среди финалистов — фонд помощи онкопациентам «Дальше» с проектом персонального помощника для больных раком молочной железы. Проект «Я тебя слышу» разрабатывает ИИ-сурдопедагога для родителей детей с нарушенным слухом. А фонд «Ника» создал систему «Хвостатый паспорт», которая по фото или видео автоматически распознает бездомных животных. География очень широкая — от Москвы и Санкт-Петербурга до небольших городов. Это говорит о том, что социальное предпринимательство перестало быть столичной историей.
Анатолий Попов
Сейчас мы внимательно анализируем, какая помощь максимально востребована предпринимателями со всей страны, и корректируем конкурсную программу на следующий сезон «Лидеров индустрии», чтобы сделать ее еще более прикладной и полезной для всех участников.
А что дает самому «Сберу» участие в таких проектах? Есть ли здесь бизнес-логика или это чистая благотворительность?
Бизнес-логика, безусловно, есть, хотя она не линейная. Во-первых, это развитие нашей технологической экспертизы. Когда мы адаптируем ИИ-решения для задач социального сектора — например, распознавание жестового языка или идентификацию животных, — мы делаем наши алгоритмы умнее и универсальнее. Во-вторых, это кадры. Инклюзивное трудоустройство, которым занимаются многие наши партнеры, помогает нам самим видеть потенциал в людях, которых рынок часто недооценивает. В-третьих, это доверие к бренду, но, как я говорил вначале, это скорее следствие, а не самоцель.
Чем форум «Бизнес сердцем» отличается, например, от классических благотворительных встреч или грантовых конкурсов?
Принципиально — нацеленностью на конкретные инструменты кооперации. На мероприятии проходят пленарные дискуссии с представителями регионов-лидеров и крупных компаний. Там мы говорим о том, как выстраивать устойчивое сотрудничество в юридических и финансовых конструкциях. Отдельное событие — награждение победителей конкурса «Бизнес сердцем», лучших практик совместной работы крупного бизнеса и социальных предпринимателей
Кроме этого, участники увидят своими глазами, как в реальном бизнесе работают инклюзивные мастерские, как трудоустраивают людей с особенностями и какую роль в этом играют технологии.
Если подводить итог, какой главный посыл «Сбера» участникам рынка и тем, кто только хочет прийти в социальное предпринимательство?
Посыл такой: энтузиазм важен, но сам по себе проблему не решает. Настоящие изменения рождаются в партнерстве, где каждая сторона дает то, что умеет лучше всего: социальный предприниматель — знание реальной ситуации на местах, а сильные партнеры — технологии, системность и масштаб.
