Кадр из фильма «Бумажный тигр»
Фестиваль открылся с намеком на политическую актуальность — показом на огромном экране Пьяццы Гранде камерного французского фильма «Зеленые глаза» (Les Yeux Verts) режиссерского дуэта Фанни Лиатар и Жереми Труиля. Прошлая их кинолента «Гагарин» — отнюдь не байопик первого космонавта в мире, а хроника сноса многоквартирного комплекса на парижской окраине, которому было присвоено его имя.
Новый фильм уступает «Гагарину» в оригинальности: мы уже видели кино про детей из эмигрантских семей (даже российских), которые впадали в кому. В этом случае проблема со здоровьем касается синдрома отстраненности, или резигнации, — редкого психогенного заболевания, при котором подросток под воздействием тяжелейшего стресса полностью уходит в себя, перестает двигаться, говорить, есть и реагировать на внешний мир. Это и происходит с парнем по имени Нур (Саид Эль Алами), братом главной героини Шаи (Дуа Бутарбуш М’Зауки), когда их родителям отказали в получении вида на жительство в одной из благополучных европейских стран. Безутешная Шая пытается пробудить Нура к жизни: наглотавшись таблеток, проникает в его ужасные сны, в которых их мать тонет при переправе в Европу.
При всей скромности художественной составляющей фильма его адресованный европейцам добросердечный призыв («Только вы можете нас спасти!» — сообщает для тех, кто не понял, очнувшийся Нур) точно не будет лишним в дни очередного обострения мигрантского кризиса.
Адресованный европейцам добросердечный призыв точно не будет лишним в дни очередного обострения мигрантского кризиса.
Кадр из фильма «Зеленые глаза»
В числе важных показов на Пьяцце Гранде в этом году — ранее представленный в конкурсе Каннского фестиваля «Бумажный тигр» (Paper Tiger) Джеймса Грэя. Криминальная драма рассказывает об адвокате (Адам Драйвер), который в середине 1980-х годов заигрывает (совершенно напрасно) с русской мафией в подвластном ей нью-йоркском районе Квинс. Тема русской мафии не впервые возникает у Грэя, но в этом фильме русские показаны как очень опасные, хладнокровные, безжалостные и деловые отморозки. Режиссер шесть раз участвовал в каннском конкурсе, но пока не привез с Лазурного берега ни одной даже самой мелкой награды, зато в Локарно его наградят почетным «Золотым леопардом» за достижения в профессии.
Другие подобные почести достанутся в этом году Изабелле Росселлини, Даррену Аронофски, Азии Ардженто, Виржини Эфира и знаменитому художнику по гриму Рику Бейкеру, с помощью которого появились на свет десятки самых известных кинематографических монстров, в том числе «Американский оборотень в Лондоне», «Человек-волк», Гринч и зомби из «Триллера» Майкла Джексона. Впрочем, кого сегодня пугают эти милые ностальгические персонажи?
Кадр из фильма «Бумажный тигр»
Первый показанный в основном конкурсе фильм — канадская «Охота» Уэйна Вапимуквы — озабочен монстрами «нового» типа. Его герои — «нормальные» современные подростки, а сам он вдохновлен реальными событиями 2019 года, имевшими место в Северной Британской Колумбии. Тогда двое тинейджеров убили трех незнакомых им людей и скрылись в бескрайних лесах, где потом у реки обнаружили и их трупы.
Режиссер делает главных героев помешанными на компьютерных играх, умудряясь при этом передать и их человеческие черты, прежде всего свойственное не только людям их поколения неочевидное стремление одновременно и «принадлежать», и ускользать. С целью бежать из надоевшей даже им виртуальной реальности они отправляются в путешествие по хранящим свою первозданность североамериканским лесам, вооружившись предварительно напечатанным на 3D-принтере автоматом, стреляющим настоящими патронами.
Они отправляются в путешествие по хранящим свою первозданность североамериканским лесам, вооружившись предварительно напечатанным на 3D-принтере автоматом.
Когда их машина ломается, они не моргнув глазом убивают остановившегося им помочь автолюбителя, а вместе с ним и двух подвернувшихся австрийских автостопщиц, докучавших им своей болтовней. Ничего личного, помехи устранены с механистичным равнодушием компьютерной игры, выход на следующий уровень обеспечен, можно пересесть в хороший автомобиль и ехать дальше по золотым канадским лесам, на глазах оборачивающихся безукоризненно сгенерированной компьютерной заставкой.
Режиссер и доктор философии Вапимуква замечает в своем заявлении для фестивальной прессы: «Основанный на моем коренном (мичифском) наследии, фильм показывает, как стремление поселенцев «начать все заново» в дикой местности неотделимо от лишения земель коренных народов». К счастью, одолевающие его мысли не выливаются в фильме ни в плакатную идеологию, ни в прочувствованную проповедь — наоборот, они служат мерцающим фоном для этой мало на что похожей параболы, сочетающей сдержанный психологизм с отстраненной медитативностью и в меру радикальной психоделичностью.
Фильм показывает, как стремление поселенцев «начать все заново» в дикой местности неотделимо от лишения земель коренных народов.
Среди повлиявших на него фильмов режиссер называет «Слона» (2003) Гаса Ван Сента и «Забавные игры» (1997, ремейк в 2007) Михаэля Ханеке. Время покажет, сможет ли «Охота» встроиться в этот неслабый ряд. Если из фильмов о неспособности сознания разделять симуляцию и реальность можно составить небольшую видеотеку, то произведений о плодах воспитания онлайн, не способного дать незрелому существу ничего, кроме одиночества и, как следует из фильма, токсичной и «колониальной маскулинности», точно не так уж много.
Кадр из фильма «Охота»
Одним из главных событий кинофестиваля, славящегося своими ретроспективами, стал цикл фильмов под названием «Красное и черное: голливудские «левые» и черный список» (Red & Black — Hollywood Left and the Blacklist), презентация которого состоялась в марте этого года в музее Американской киноакадемии в Лос-Анджелесе. В цикл вошли как фильмы 1940–1950-х годов, созданные в темные времена маккартизма, так и более поздние картины, осмысляющие этот уникальный голливудский период, когда американские кинодеятели подверглись небывалому давлению со стороны государства.
Один из самых известных фильмов ретроспективы — «Король в Нью-Йорке» (A King in New York, 1957), далеко не лучший у Чарльза Чаплина, однако изобличающий в нем свободного, честного и благородного человека, а это намного важнее. Вынужденный покинуть Америку по обвинению в противодействии Комитету по антиамериканской деятельности, Чаплин играет здесь свою последнюю роль — изгнанного из неназванной европейской страны короля (фильм начинается с титра: «Революции — одно из неудобств современной жизни»), которого по прибытии в Нью-Йорк американское телевидение начинает использовать в рекламных целях на всю катушку.
Кадр из фильма «Король в Нью-Йорке»
Устаревшие даже для 1950-х годов шутки вдруг натыкаются в фильме на неподдельный гуманизм, когда король сталкивается с мальчиком из приюта (в исполнении сына Чаплина Майкла), чьи родители брошены в тюрьму, поскольку они коммунисты. Мальчик, тоже коммунист, не очень симпатичен королю, но он оказывает ему посильную помощь и утешает его перед отъездом назад в Европу простыми, но провидческими словами: «Это безумие не будет длиться вечно. Нет причин для отчаяния». В лучшей комической сцене Чаплин окатывает членов Комитета по антиамериканской деятельности из шланга водой — неудивительно, что фильм не показывали в США вплоть до 1972 года.
Кадр из фильма «Ровно в полдень»
Сюжет эпохального вестерна «Ровно в полдень» (High Noon, 1952) Фреда Циннемана, действие которого разворачивается «в реальном времени» в течение коротких 84 минут, данная ретроспектива предлагает читать аллегорически: история о том, как шериф (Гэри Купер) вместо свадьбы (на будущей принцессе Монако Грейс Келли) и ухода на пенсию вынужден в одиночку противостоять четырем убийцам, напавшим на вверенный ему городишко «ровно в полдень» одного судьбоносного дня, происходит на фоне полного отказа лучших и худших людей города оказать герою хоть какую-то помощь. Даже его женщины, прошлая и нынешняя, бегут от него, как от чумного, хотя Грейс Келли все же хватает совести выбежать из поезда в последний момент, чтобы заправски пристрелить одного из уголовников. Ничто не располагает к тому, чтобы шериф оставался в чахлом городке (то есть в Америке), все население которого состоит исключительно из предателей, и все же человек чести предпочитает сначала выполнить свой долг, а уж потом отправляться на все четыре стороны.
