Кадр из сериала «Мыс страха»
Анна и Том Боуден (Эми Адамс и Патрик Уилсон) в день семейного празднования Дня независимости США с удивлением обнаруживают уложенных в рядочек мертвых скунсов у бассейна. Возможно, это как-то связано с тем, что накануне из тюрьмы вышел Макс Кэди (Хавьер Бардем), отсидевший 17 лет за решеткой по делу об убийстве собственной беременной жены, но освобожденный из-за пересмотра дела.
Кэди дает интервью The Times и признается, что не держит ни на кого зла, включая своего адвоката, Анну Боуден. Вот только она 17 лет назад уговорила своего подзащитного заключить сделку со следствием, а затем вышла замуж за прокурора-обвинителя. Зловещая улыбка, вытатуированные на костяшках пальцев слова «past» («прошлое») и «lost» («потерянное»), а также блеск неестественно зеленых (спасибо линзам) глаз Хавьера Бардема говорят больше любых слов: он зол, а месть его будет страшна.
Кадр из сериала «Мыс страха»
Спродюсированный Мартином Скорсезе и Стивеном Спилбергом «Мыс страха» получил спорную критику, но стал очередным примером возрождения интереса к жанру триллера.
Вступительные титры в начале каждого из десяти эпизодов уведомляют, что мы имеем дело с ремейком сразу двух фильмов («Мыс страха» (1961), режиссер Джей Ли Томпсон и «Мыс страха» (1991), режиссер Мартин Скорсезе), а также вольной экранизацией книги «Палачи» (1957) Джона Данна Макдональда. Роман повествовал об адвокате Сэме Боудене, который во время Второй мировой дал показания против своего однополчанина Макса Кэди, изнасиловавшего 14-летнюю девочку. Первая экранизация — с Робертом Митчемом в роли Макса Кэди и Грегори Пеком в роли Сэма Боудена — опускала детали про место преступления и возраст потерпевшей, но в остальном мало чем отличалась от литературного первоисточника. Разве что вместо трех детей главному герою оставили лишь несовершеннолетнюю дочь, а река с загадочным названием Мыс Страха, в мутных водах которой происходит кульминационная схватка с преступником, в романе попросту отсутствовала.
Кадр из фильма «Мыс страха» (1961)
Тот фильм трудно назвать шедевром или поворотным в своем жанре. Это добротно сделанный триллер категории Б, эксплуатирующий наследие «Психо» (1960) Альфреда Хичкока (откуда перешли композитор Бернард Херрман, монтажер Джордж Томазини и актер Мартин Болсам в роли шефа полиции) и «Ночи охотника» (1955) Чарльза Лотона (откуда Роберт Митчем скопировал свою же роль душегуба-манипулятора). Но там есть вещи, удивляющие сегодняшних ценителей жанра. Например, совершенно идеальная семья главного героя, а также жуткая сцена, в которой одна из жертв Макса Кэди отказывается подавать заявление об изнасиловании и избиении из-за страха огласки подробностей ее интимной жизни. То было кино про иллюзорность любой нормы и хрупкость домашнего спокойствия: что толку звонить в полицию или кричать про частную собственность, когда любой изверг может перелезть через забор и убить вашу собаку.
Что толку звонить в полицию или кричать про частную собственность, когда любой изверг может перелезть через забор и убить вашу собаку.
Фильм Мартина Скорсезе с Робертом Де Ниро в роли антагониста смотрел на ту же историю под несколько иным углом. Что нам дело до законов, когда есть Закон Божий? За фасадом простенького триллера о «яппи в опасности» (так называлась волна голливудских фильмов 1980–1990-х, эксплуатировавших мотив вывода американца среднего класса из зоны комфорта) скрывалась ветхозаветная притча о границах зла, греховности каждого человека и искуплении через страдание. Семья здесь находится в полураспаде: муж (Ник Нолти) изменяет жене (Джессика Лэнг), та потихоньку спивается, а их дочь-подросток (Джульетт Льюис — главное открытие фильма) втихую от родителей почитывает Генри Миллера и жаждет приключений на свою голову.
Джульетт Льюис и Джессика Лэнг в фильме «Мыс страха» (1991)
Если Роберт Митчем играл умного трикстера, до последнего скрывавшего психопатичность своей натуры и скорее провоцировавшего, нежели открыто шедшего в атаку, то Де Ниро довел свой образ до анимационного гротеска, под конец и вовсе сломав четвертую стену и обратившись к зрителю на манер жестокой версии Багза Банни.
На этом фоне главное, что стоит сказать о сериале 2026 года, это то, как умно и тонко, при всей грубости драматургии, работает Хавьер Бардем. Его Макс Кэди вдохновлен ролями и Митчема, и Де Ниро. От первого — эмоциональная сдержанность и некоторый холодок, от второго — эксцентричность самого образа (помимо татуировок, это еще и страсть к ярким костюмам и розовым очкам), сила жестов (давно ли вы видели в кино, за вычетом супергероики, персонажей, выражающих чувства взмахами рук?) и некоторая доля актерской самоиронии: как Де Ниро очевидно держал в голове своего Трэвиса Бикла из «Таксиста», так и Бардем явно помнит про своего Антона Чигура из картины «Старикам тут не место».
Давно ли вы видели в кино, за вычетом супергероики, персонажей, выражающих чувства взмахами рук?
Роберт Де Ниро в фильме «Мыс страха» (1991)
«Мыс страха» на визуальном уровне отсылает к барочному шедевру Скорсезе, с «голландскими углами» (пришедший из живописи прием с заваленным набок горизонтом кадра), контрастными цветами, резким зумированием и зональными линзами (линзы особого формата, популярные в 1970–80-е годы, позволяющие фокусироваться сразу на двух объектах, расположенных поодаль друг от друга), а на драматургическом — скорее к фильму Томпсона, особенно в финальной части.
Шоураннер сериала — писатель и сценарист Ник Антоска, в фильмографии которого есть и тру-крайм-триллеры («Кэнди» 2022 года, «Притворство» 2019 года), и мистика («Нулевой канал» 2016–2018 годов, «Новый вишневый вкус» 2021 года), пытается в нем совместить свои главные творческие страсти. С одной стороны, это классический триллер про умного психопата, досаждающего семье. С другой — невероятная везучесть антагониста, многочисленные видения умерших, а также придуманный им самим религиозный культ придают этой истории мистические нотки. Причем если «нажать» на них чуть посильнее, то новый «Мыс страха» правда мог бы удивить.
Кадр из сериала «Мыс страха»
«Мыс страха» показывает все слабые точки современного сериалостроения. Например, привлечение маститых кинематографистов на съемки разных эпизодов. На десять серий тут десять режиссеров, среди которых есть как крепкие телевизионные «середняки» (например, работавшие еще над «Остаться в живых» и «Доктором Хаусом» Стивен Уильямс и Эс Джей Кларксон), так и авторы с претензией вроде постановщицы недооцененного шпионского экшена «Ритм-секция» (2020) Рид Морано или режиссера «Игры в имитацию» (2014) Мортена Тильдума. Каждый автор привносит что-то свое (особенно хочется отметить любимца студии A24 Трея Эдварда Шульца, снявшего феерический эпизод про чаепитие с галлюциногенами), одновременно сбивая общий тон повествования: местами кажется, что авторы иронично играют в жанр, а местами — что просто издеваются над материалом и зрителем.
«Мыс страха» показывает все слабые точки современного сериалостроения.
Другая проблема — психологизация всего. Буквально понимая расхожую претензию зрителей, что «всех персонажей нужно раскрывать», каждого героя (а помимо четы юристов и маньяка-уголовника, у каждого из них есть дети, знакомые, коллеги, отцы, братья и сестры) создатели сериала закономерно наделяют предысторией, травмой прошлого и различными чертами, как бы оправдывающими их поведение и поступки. У каждого здесь тяжелое детство, сложные отношения с отцами, рвущиеся наружу секреты, тщательно скрываемые зависимости и разного рода склонности. Делает ли это произведение глубже? Нисколько. Скорее роднит его с мыльными операми, обретшими новую жизнь в жанре триллера.
Кадр из сериала «Мыс страха»
Если в 1990-е триллеры были базовой частью кинотеатрального репертуара и регулярно становились большими кассовыми хитами (как, например, «Основной инстинкт», «Молчание ягнят», «Семь»), то с развитием технологий домашнего кинопросмотра (от DVD до стримингов) этот жанр практически целиком перешел в сериальный формат либо категорию малобюджетных фильмов, выходящих сразу на видеоносителях. За редкими исключениями, вроде «Исчезнувшей» (2014) Дэвида Финчера или «Темного рыцаря» (2008) Кристофера Нолана, скрывшего триллерную начинку под оберткой «кинокомикса», жанр не находил путей к действительно широкому зрителю.
Но что-то начало меняться к 2020-м. Волны массового интереса к тру-крайму и «скандинавским нуарам», а также стремление конкурирующих друг с другом стриминговых сервисов заполнить все пустующие жанровые ниши в том числе премиальным контентом — все это привело к тому, что сериальными триллерами стали заниматься первоклассные драматурги, режиссеры и актеры. Хью Грант и Николь Кидман в «Отыграть назад» (2020), снятом обладательницей «Оскара» Сюзанной Бир. Умнейшая «Лестница» (2022) с сильнейшей ролью Колина Фёрта за всю карьеру. «Острые предметы» (2018), превратившие одноразовое детективное чтиво в незабываемый путь к сердцу тьмы. И многое-многое другое.
Кадр из сериала «Лестница»
Почему именно в эту эпоху? Спасибо всеобщей невротизации в связи с пандемиями, политическими кризисами и военными конфликтами, а также естественному психологическому стремлению контейнировать свои страхи и неврозы в маленькой коробочке: пока боишься за жертву маньяка, все остальное на время перестает пугать.
Однако в эту коробочку можно уместить и кое-что еще. У каждого жанра есть узнаваемая основа, но вместе с тем и простор для заимствований. На примере триллера легко понять, как это работает. Еще Хичкок вплетал в свои тревожные истории элементы комедии и мелодрамы, а хиты 1980-х, например «Роковое влечение» (1987), добавили к ним эротику. Некоторые современные сериальные триллеры, включая прошлогодние «Хорошую американскую семью» и «Во всем виновата она», и вовсе больше напоминают мыльные оперы из дневного телеэфира. Измены, любовные хитросплетения и всевозможные «богатые тоже плачут» стали такими же неизменными атрибутами жанра, как подглядывание через окно и бессилие правоохранительных органов.
Пока боишься за жертву маньяка, все остальное на время перестает пугать.
Золотую жилу в этом направлении открыл и разрабатывает американский писатель Харлан Кобен, по детективным романам которого Netflix и Amazon Prime снимают по два-три мини-сериала в год. Например, совсем недавний «Я тебя отыщу» с Сэмом Уортингтоном в роли отца, который пытается доказать, что это не он убил собственного сына. Или шоураннер Дэвид Э. Келли, работавший над «Большой маленькой ложью» (2017-...), «Отыграть назад» и «П
