Константин Ващенко; ферма Никиты Токмакова
Фермерство в России перестало ассоциироваться исключительно с сельским хозяйством — теперь его все чаще воспринимают как одну из форм осознанного образа жизни. Среди людей, которые отказываются от карьеры в крупных компаниях в пользу собственного хозяйства, — бывшие банкиры, маркетологи и менеджеры. На фоне усталости от корпоративной среды и стремления к большей автономии фермерство для них не дауншифтинг, а новая предпринимательская модель.
«Около десяти лет я занимался розничным и дистрибьюторским бизнесом. Начинал с французской компании по производству шин Michelin, потом стал заместителем директора по маркетингу в «Ашане», работал в брендах «Остров», «Дикси», «Смак». В 2008 году решил развивать собственные проекты. Было все: от танцевальной школы до авиационных видеокамер.
В 2015 году мой партнер Николя Буассе предложил идею нового бизнеса. Его отец был фермером во французских горах и выращивал овощи, в том числе спаржу. Тогда в России она была в основном импортной, поэтому мы стали одними из первых, кто решился производить ее в промышленных масштабах. Наш проект быстро заинтересовал рестораны.
Ферму «Эколомна» мы открыли в Коломенском районе, а спустя несколько лет перевели основную часть хозяйства на более крупные поля в селе Горы. Первое время мне самому приходилось сеять семена, косить траву и полоть сорняки, пахать землю мотоблоком, собирать урожай специальными ножами и корзинами, а затем развозить продукцию по ресторанам на личном автомобиле. Кроме того, я вел бухгалтерию, занимался сертификацией, продвижением и наймом сотрудников.
Николя Буассе
Такая схема работает, пока ты не вышел на большие объемы. Но у спаржи очень короткий сезон — всего полтора месяца в году, поэтому со временем мы расширили ассортимент. Начали выращивать мини-брокколи, цветную мини-капусту, а также салатный цикорий (эндивий), который тогда был абсолютно новым продуктом для России.
Теперь Николя координирует работу в полях, а я отвечаю за цех и всю производственную цепочку. Трудиться приходится 24/7: иногда можно позволить себе небольшую паузу, но отложить дела на завтра уже не получится. Фермерство — это ответственность. Ты должен не только выращивать продукт, но и понимать, как и кому его продавать. Пока растишь что-то только для себя, ты хозяин огорода. Но как только начинаешь выстраивать поставки, общаться с клиентами и отвечать за качество и сроки, ты становишься предпринимателем. В этом и заключается главная свобода: ты сам себе директор и человек, который принимает решения.
Такая нагрузка компенсируется чувством удовлетворения, которое я испытываю дважды. Первый раз — когда нам удается создать новый продукт, как это было с мини-брокколи или салатным цикорием. Второй — когда он становится востребованным.
Фермерство — это ответственность. Ты должен не только выращивать продукт, но и понимать, как и кому его продавать. Пока растишь что-то только для себя, ты хозяин огорода.
Сегодня мы работаем с ресторанами группы White Rabbit Family — например, с Selfie и «Гвидоном», а также с французскими шефами, среди которых Давид Эммерле из Grand Cru. В сезон эти и другие проекты примерно месяц готовят блюда с нашей спаржей. Кроме того, наша продукция представлена в «Азбуке вкуса» и «Перекрестке». Порой покупатели выходят на нас напрямую: приезжают из Москвы, пишут, звонят, хотят купить наши овощи прямо на ферме. И это, конечно, очень приятно».
«Впервые я познакомился с сельским хозяйством в 2008 году, когда искал летнюю подработку после выпуска с физического факультета. Нужно было продавать зерно: размещать объявления, общаться с покупателями, сопровождать сделки. Тогда я даже не понимал, чем пшеница отличается от ячменя. Но довольно быстро оказалось, что у меня хорошо получается продавать и вести переговоры.
Эти навыки привели меня сначала в Procter & Gamble, а затем в Henkel, где я вырос до руководителя отдела продаж по Центральной России. В моем подчинении было 183 человека, мы работали более чем с 7 тыс. клиентов, а годовой план превышал 2 млрд руб. В какой-то момент мне предложили повышение с переездом в Москву, но тогда я уже знал, что производство продукта интересует меня больше, чем продажи. У меня появились знакомства в аграрной сфере, и, увидев успешных фермеров среди ровесников, я понял: хочу так же.
Чтобы глубже разбираться в отрасли, я поступил на факультет агрономии, агрохимии и экологии Воронежского государственного аграрного университета. Позже начал сотрудничать с партнером, у которого уже был 20-летний опыт работы в сельском хозяйстве. Вскоре мы создали крестьянско-фермерское хозяйство в Каширском районе, в 60 км от Воронежа. Мы выращиваем пшеницу, сою, кукурузу, подсолнечник. Продукция идет на переработку или экспортируется в Египет, Турцию, Саудовскую Аравию, Алжир, Ливан и Иорданию.
Территория фермы Никиты Токмакова
У нас 700 га земли, которые требуют постоянного вовлечения. Многое зависит от погоды, поэтому приходится изучать системы орошения, технологии защиты растений, способы работы со стрессами культур и автоматизацию процессов. Но даже при современных технологиях без участия владельца здесь все равно не обойтись.
К фермерству я отношусь прежде всего как к бизнесу, где важно уметь считать и принимать управленческие решения. Приходя в растениеводство, многие не осознают, что минимум год, а иногда и полтора приходится только вкладывать ресурсы и ждать урожая.
Мне нравится видеть результат работы с землей. Хочется развивать не только собственное хозяйство, но и агрообразование в целом. Мне важно, чтобы мои дети и внуки продолжили это дело. Когда у дочери спрашивают, кем работает ее папа, она с гордостью отвечает: «Он — фермер».
Мне важно, чтобы мои дети и внуки продолжили это дело. Когда у дочери спрашивают, кем работает ее папа, она с гордостью отвечает: «Он — фермер».
«Любовь к земле появилась у меня еще в детстве. Каждое лето я проводил у бабушки и дедушки в деревне в Тверской области — там, где сейчас находится «Филиппов Хутор», который носит фамилию деда. Пока сверстники играли в футбол, я сажал огурцы и помидоры, а потом шел в библиотеку читать книги про растения. Для меня это всегда было чем-то абсолютно естественным.
Даже когда я уже много лет работал в банке, интерес к земле не исчезал. Я продолжал консультировать знакомых: что посадить, как выращивать растения, как ухаживать за почвой. В Тверскую область ездил постоянно, еще до появления платной трассы. Мог по шесть часов стоять в пробках ради того, чтобы провести здесь выходные и хотя бы немного отдохнуть от офиса.
Я должен был провести жизнь, карабкаясь по карьерной лестнице. Но, став начальником отдела управления и структуры балансов в 33 года, я понял, что дальше меня ждет грустная и скучная рутина. В 2018 году я решил все изменить — дернул за кольцо, как парашютист. Я не планировал становиться фермером: просто приехал в Тверскую область и в какой-то момент осознал, что именно здесь чувствую себя по-настоящему на своем месте. Постепенно это и стало делом жизни.
Погружаясь в фермерство, я познакомился с опытным аграрием, который сразу сказал: «Миша, миллионером ты не станешь». Тогда мне казалось, что он ошибается, но со временем я понял: сельское хозяйство действительно редко дает возможность разбогатеть, зато вполне может сделать меня счастливым. В моей работе нет ничего, что заставляло бы жаловаться. Я все время нахожусь на природе и занимаюсь тем, что по-настоящему люблю. А деньги — это скорее бонус, чтобы заправить машину и отвезти овощи в рестораны.
Сельское хозяйство действительно редко дает возможность разбогатеть, зато вполне может сделать меня счастливым.
Тыква на ферме «Филиппов Хутор»
Основой хозяйства стали корнеплоды и дикоросы, которые тверская земля давала еще моим предкам. Но мне всегда было интересно экспериментировать и удивлять покупателей, поэтому постепенно появился собственный ассортимент редких продуктов: пастернак, черный корень, свекла «Краподин». Именно такие культуры позволяют небольшому хозяйству зарабатывать: либо ты выращиваешь что-то уникальное, либо вынужден конкурировать с крупными игроками только ценой.
Главными партнерами для меня стали рестораны — Grand Cru, Björn, «Уголек», «Кофемания» и проекты White Rabbit (бренд-шеф White Rabbit Family Владимир Мухин — герой проекта «РБК Визионеры»). Для крупных торговых сетей у меня слишком маленькие объемы, а для обычной розницы слишком необычные продукты. Зато шефы умеют превращать их в настоящие гастрономические истории.
Например, у меня появляется пастернак, и я иду к шефу. В идеале ресторан не должен быть слишком жестко привязан к печатному меню и может вписывать новинки от руки. Шеф придумывает рецепт, команда рассказывает о нем гостям — и продукт начинает жить собственной жизнью. Так произошло, например, с брюссельской капустой у Давида Эммерле в Grand Cru.
Наверное, в этом и есть смысл фермерства — выращивать продукт, который потом превратится в чье-то впечатление. Весной я выхожу в эту серую тверскую хтонь, где, кажется, вообще ничего не должно расти, и понимаю, что мне здесь абсолютно комфортно. Возможно, когда-нибудь я стану более бизнес-ориентированным, но пока для меня это прежде всего красивая личная история, которая приносит огромное удовольствие».
Наверное, в этом и есть смысл фермерства — выращивать продукт, который потом превратится в чье-то впечатление.
«Еще в школе я понял, что хочу иметь свое дело. Окончил экономические курсы, поступил в Томский политехнический университет на инженерно-экономический факультет. Мысль о собственном бизнесе не отпускала меня никогда.
В 2004 году наша семья переехала из Северска Томской области в Краснодарский край, в станицу Крыловскую, а спустя несколько лет мы создали собственное хозяйство и решили выращивать томаты. Начинали буквально с нуля: не было ни опыта работы на земле, ни больших денег. Тогда в регионе действовали образовательные программы для начинающих фермеров, консультационные центры и меры поддержки личных подсобных хозяйств. Вместе с нашей инициативой это помогло довольно быстро получить первые результаты.
На участке в 40 соток мы построили теплицы, купили оборудование, семена и начали работать. Не все получалось сразу: были ошибки, эксперименты, поиски. Через хозяйство прошло около 300 сортов томатов, но постепенно мы выбрали 60 самых удачных. Для нас всегда было важно выращивать продукт, который не стыдно предложить людям, — вкусный, красивый и качественный. Со временем мы начали глубже разбираться не только в выращивании, но и в торговле. Ориентировались прежде всего на покупателей: расширяли ассортимент, улучшали вкус, внешний вид и экологичность продукции.
Помидоры «Личного подсобного хозяйства семьи Ващенко»
Иногда я сам выезжаю на ярмарки. Люди часто спрашивают, почему наши помидоры стоят дороже, чем в супермаркете. Тогда я просто разрезаю томат и даю попробовать. Объясняю, что для опыления мы закупаем шмелей, весь сезон работаем с полезными бактериями для почвы и растений, принципиально не используем агрессивную химию. Такие помидоры долго не хранятся, зато у них совсем другой вкус — сладкий, насыщенный, ароматный. Мы собираем урожай, привозим его на рынок, и за несколько дней все разбирают.
Сегодня нашу продукцию закупают рестораны Краснодара и Ростова, небольшие магазины, а также покупатели с Даниловского рынка в Москве, куда родители ездят в сезон. Именно там сформировалась аудитория с особенно высокими требованиями к качеству продукта. Большую роль в этом сыграло сотрудничество с шефом «За крышей» Маратом Калайджяном и Дмитрием Финягиным из Max’s Beef for Money.
Сейчас в нашей коллекции есть красные, желтые, розовые, черные, белые и зеленые томаты, а также биколоры. Помимо свежих овощей мы занялись переработкой: делаем цветной томатный сок, сушеные и вяленые помидоры. Кроме томатов выращиваем огурцы, баклажаны, перцы и другие овощи — пока в небольших объемах.
Люди часто спрашивают, почему наши помидоры стоят дороже, чем в супермаркете. Тогда я просто разрезаю томат и даю попробовать.
Наша ферма — семейное дело. Дети еще учатся в школе, но уже помогают с высадкой растений и сбором урожая. Нам всегда хотелось передать им не только имущество, но и отношение к труду. Они сами выбирают сорта, выращивают небольшие партии овощей, следят за рассадой и сравнивают результаты, а я стараюсь ненавязчиво делиться опытом.
Одним нравится работать в офисе, другим важно что-то создавать. Мне кажется, многие фермеры — творческие люди. Это тяжелый труд, и к нему обязательно должна лежать душа. Нашей семье нравится жить и работать на земле. Когда занимаешься общим любимым делом и видишь, как растут дети, начинаешь понимать, что именно в этом и заключается настоящее счастье».
