Итоги кинофестиваля «Маяк-2025»: ода дебютам и визионерству
Во внеконкурсной программе, практически в середине основного конкурса, на «Маяке» показали «Новую волну» Ричарда Линклейтера. Фильм — символ конкретной эпохи и излюбленных ее героев в фестивальном контексте обрастает и новыми смыслами. Жан-Люк Годар здесь — режиссер-дебютант, у которого хватает смелости и амбиций идти против привычных правил. Он точно знает, что хочет получить, а на крайний случай в кармане пиджака лежит блокнот с его мыслями о кино, собранными за последние десять лет.
К дебюту каждый приходит собственным путем, в свое время и с историей, молчать о которой не хочется. Годара, впрочем, подобные рассуждения вряд ли бы устроили, ведь Трюффо уже свозил в Канны «400 ударов», а Шаброль и вовсе сделал не один фильм, а два. Тянуть нельзя — нужно снимать. Его вера в свою правду, практически на каждом вдохе противоречащую общепринятой, вызывает вопросы примерно у всех: от продюсера, оператора, ассистента по сценарию до актрисы. Джин Сиберг легко могла бы отказаться (и все еще может), но слишком уж любопытно выяснить, безумец он или все же действительно гений.
История кино с легкостью отвечает на этот вопрос, визионерство Годара сомнений не вызывает, а благодарный зритель «Новой волны» точно захочет пересмотреть «На последнем дыхании», если не успел до показа. Помимо хроники съемок дебюта, который после не раз назовут одним из самых важных и влиятельных фильмов в истории мирового кинематографа, и обаятельного признания в любви Nouvelle Vague, фильм Ричарда Линклейтера становится и отражением мысли: быть своенравным недостаточно — важно действительно понимать, что ты хочешь сказать на самом деле.
Какие дебюты останутся в памяти и сердцах надолго, рассудит время, однако в контексте фестиваля «Маяк» тема дебютов обрела особое значение с самого первого года (тогда Гран-при забрали «Каникулы» Ани Кузнецовой), и третий фестивальный выпуск исключением не стал. Первые полнометражные фильмы оказались победителями не только в соответствующей категории — «Лучший дебют» («Фейерверки днем» Нины Воловой), — но также в номинациях «Лучшая работа режиссера» (Соня Райзман, «Картины дружеских связей») и Гран-при («Здесь был Юра» Сергея Малкина). Присоединить к этому можно и актерские «Лучшую женскую» и «Лучшую мужскую роль» (Мария Карпова из «Картин дружеских связей» и Константин Хабенский в «Здесь был Юра»).
Итоги фестиваля, подведенные жюри в виде его решений, вполне позволяют говорить, что ключевым избранным мотивом стала надежда: на дружбу, общность, умение слушать и слышать. Режиссеры наблюдают за своими героями с нежностью, и все три истории — в большей или меньшей степени — основаны на реальных событиях, дружбе и картинах о них. Теперь за случившимся когда-то в жизни можно наблюдать с киноэкрана. В ситуации извечной неопределенности выбор такой доминанты оказывается созвучным многим.
Фильм Светланы Проскуриной «Над вечным покоем», получивший награды за лучший сценарий (Екатерина Тирдатова) и лучшую работу оператора (Олег Лукичев), в этой связи оказывается напоминанием: и о жизни за пределами большого города, и о готовой развернуться трагедии шекспировского масштаба и толка.
Каждый из награжденных фильмов между тем невольно отсылает к истории Годара, прокладывая неожиданный мостик сквозь пространство и время. В «Новой волне» режиссер говорит, что никогда не смог бы работать с продюсером, который ему не друг (разумеется, предварительно знатно того помучив). Это относится и к фестивальным проектам: снятые независимыми командами, они представляют собой несколько примеров доверия, дружбы и даже «единомышленничества», что важно сегодня и всегда не меньше, чем результат. И в жизни, и в кино.