Пожалуйста, отключите AdBlock!
AdBlock мешает корректной работе нашего сайта.
Выключите его для полного доступа ко всем материалам РБК
Кино «У меня было ощущение, что я никто, но это даже интересно»
Кино
Сергей Полунин:
«У меня было ощущение, что я никто, но это даже интересно»
© Двадцатый Век Фокс СНГ
9 ноября в прокат вышел фильм «Убийство в Восточном экспрессе» Кеннета Браны, в котором он же играет главную роль — Эркюля Пуаро. Рядом с ним в кино дебютировал танцовщик Сергей Полунин. Своими идеями, мыслями и чувствами он поделился с Марией Комаровой.
Сергей Полунин
Танцовщик, ставший актером, — о первых съемках

В новом «Убийстве в Восточном экспрессе» много хорошего. Как вы уже поняли, он по Агате Кристи — то есть саспенса, напряжения и загадок ему не занимать — это раз. Снимались здесь Кеннет Брана, Пенелопа Крус, Уиллем Дефо, Джонни Депп и так далее — состав не то что звездный, а космический — два. У него потрясающие декорации: застрявший в снегах поезд, где убийцу ищет Эркюль Пуаро, сделан с таким вниманием к деталям, что это наслаждение для глаз — три. А еще в нем состоялся актерский дебют известного вам танцовщика Сергея Полунина — того самого бэд-боя с ангельской улыбкой и татуировками, который, после того как побывал солистом Royal Ballet и снялся в клипе Take Me to Church, взялся за кинокарьеру. Каково это — начинать все с нуля и чувствовать себя никем, что такое настоящая дружба и почему планировать — скучно, мы и поговорили.

​Вы работали с очень известными актерами, а это ваш первый фильм. У вас было ощущение «младшего в классе»?

Вначале было ощущение, что я никто. Нужно было по-новому себя вести, по-другому себя чувствовать и доказывать опять, что чего-то стою — но это интересно, если любишь сражаться.

© Двадцатый Век Фокс СНГ

А вы любите?

Я должен до чего-то дойти. Есть несколько путей развития. Вот балет: после танцовщика становишься хореографом. Если ты актер — потом можешь быть режиссером. Я делаю «Проект Полунин», где продюсирую (балетные постановки — прим. ред.). После этого могу заняться еще чем-то. Но я должен видеть цель, чтобы не потерять концентрацию.

Есть такая идея: чтобы добиться в чем-то успеха, нужно заниматься этим всю жизнь. Как вам она?

 Сейчас комбинирую балет и кино. Я танцевал пять балетов и снимался в одно и то же время. Это сложно: под тебя должны подстраиваться и должна быть хорошая команда, которая все планирует. Балет дал мне полное ощущение тела, и я это привношу в кино.

© Двадцатый Век Фокс СНГ

Вы не чувствуете, что с тех пор, как занялись кино, теряете связь с телом?

Я меньше отдаюсь балету. Есть ли изменения в теле? Конечно. Еще и травмируешь его больше — потому что во время съемок я занимаюсь в отелях, а не на хорошем полу.

Вы даже во время съемок репетируете?

Каждый день с утра... Это дает энергию. После того как потренировался, кровь бежит быстрее. Без этого тело вялое.

Фото: Двадцатый Век Фокс СНГ

«Убийство в Восточном экспрессе» — это детектив, а детектив — это про тайну и загадку. А у вас есть вопрос, на который вы ищете ответ?

Как сделать, чтобы этот мир был одним целым, чтобы не было границ. Как найти общий язык со всеми, чтобы не было войны. Все проблемы же от отсутствия коммуникации, от непонимания... Я долго шел к осознанию этого. Сначала был на Западе, и думал: «да, это западный мир», потом приехал в Россию и считал: «это Россия, а есть еще Запад», а потом понял: все одно и то же, все должно быть единым, нет ни белого, ни черного. Не там плохие, а тут злые — должны быть со всех сторон баланс и разговор, и стремление к чему-то хорошему.

Идея классная, но немного детская. Вы чувствуете себя взрослым?

В какой-то степени я повзрослел, хотя когда был ребенком — смотрел на родителей и думал: только не это. Наверное, актерство — это путешествие в детство, игра, где можно дурачиться, быть кем угодно, примерять разные образы. Я ценю людей, которые не потеряли детскую чистоту и наивность.

Фото: Двадцатый Век Фокс СНГ

А что вам помогает сохранять детскую наивность и непосредственность?

Воспоминания о том, каким я был в детстве. Я хорошо запомнил, какое у меня было сознание, и это мне помогает туда возвращаться. Помню момент: я встал во дворе — это был первый двор, в котором я жил — на асфальтовой дороге, посмотрел вокруг и запомнил, что и как вижу и как себя чувствую. Однажды я почти потерял это ощущение... жизнь ломает, перестраивает, делает тебя злее.

Вы говорили, что дружба — чуть ли не главное в жизни. Что это для вас такое?

Очень важно окружать себя хорошими людьми. Если ты внизу — они тебя поднимут. Когда друг тонет, ты ему помогаешь, а когда ты тонешь — друг тебя спасает: так формируется дружба и настоящие отношения. Друзья появляются, когда ты внизу. И остаются, когда ты внизу.

© Двадцатый Век Фокс СНГ

В фильме неожиданный конец. А вы любите, чтобы в жизни все было распланировано и известно наперед или спонтанно и неожиданно?

Это невыносимо, когда известно все наперед. Я своей команде сказал, что не хочу знать свое расписание на завтра. Потому что когда ты знаешь — уже прожил это в голове и уже неинтересно.

Люси Бойнтон, которая играла вашу жену, сказала, что вы очень дисциплинированный и собранный. Вы согласны?

Не знаю, я себя так не ощущал. Наоборот думал, что должен быть собраннее. Я играл персонажа, у которого энергия должна была быть сконцентрирована, как будто он сейчас взорвется.

 Когда вы танцуете — то наверняка чувствуете обмен энергией с аудиторией. А в кино есть этот обмен?

Я много времени провел с Люси, и у нас был энергетический обмен: я от нее многому научился. Есть обмен и с камерой: когда она присутствует — во мне что-то просыпается. Ну и команда на площадке — это тоже зрители.