Спецпроект Борис Батин: «Ironman — не экстрим, а соревнование в тепличных условиях»
Спецпроект
Борис Батин: «Ironman — не экстрим, а соревнование в тепличных условиях»
Зачем сооснователь международного финтех-холдинга ID Finanсe участвует — и выигрывает — в самых экстремальных соревнованиях мира.

В детстве я смотрел много фильмов со Шварценеггером и Сталлоне и просто хотел быть очень крутым. Драйва во мне много. Желания испытать позитивные эмоции, посмотреть мир — тоже. По-моему, лучше всего это совмещается в спортивных путешествиях. Забеги, приключенческие гонки, велопробеги, заплывы, серфинг, вейкборд... В поисках энергии и положительных впечатлений я посетил немало стран на разных континентах и увидел массу интересных мест. И вообще стараюсь ездить куда-то регулярно, хотя бы раз в полгода. Чтобы сменить обстановку, проветрить голову, переосмыслить какие-то вещи и просто получить море удовольствия.

Спорт в моей жизни был всегда. Раньше, правда, я уделял ему намного больше времени. В детстве и юношестве занимался академической греблей и водным поло. Главной задачей для меня был результат. Я дошел до уровня сборной Кембриджского университета — для гребли это высший уровень. А многие люди из моей команды позже выступали на Олимпийских играх.

Когда я окончил колледж в Великобритании, настало время выбрать университет. Два лучших — Оксфорд и Кембридж. Я хотел изучать экономику и финансы, и курс Кембриджа подошел больше. Мне повезло: я прошел тестирование, получил высшие баллы — и меня приняли.

На Борисе: костюм, сорочка, галстук, платок - все Tom Ford, запонки Cartier, часы Drive de Cartier

В английских университетах, в том числе в Кембридже, сильно развит спорт. Я продолжил им заниматься и даже в свое время выступал в России. Приезжал тренироваться на летний сезон, играл за ЦСКА.

После университета пришлось решать: дальше готовиться к Олимпиаде (это от четырех до восьми лет) или работать. Я выбрал второе, но драйв и желание участвовать в спортивных соревнованиях, получать адреналин, остались. Сейчас я могу это выплеснуть в любительских состязаниях. Тут для меня главное не результат, — потому что я уже не профессиональный спортсмен, — а положительные эмоции. Плюс возможность что-то преодолеть и себе доказать или просто поучаствовать в приключении.

Первым по-настоящему экстремальным опытом был 250-километровый марафон через пустыню Сахара — Marathon des Sables. Он сильно поменял мой взгляд на все эти старты. Я доказал себе, что могу. И мне не надо было делать это снова, мотивация поменялась: я стал выбирать интересные маршруты в странах, где всегда мечтал побывать.

Следующее экстремальное путешествие состоялось в Новой Зеландии: зимой 2015 года я поехал туда на гонку Coast to Coast. Это очень непростой маршрут: сначала бег, потом велосипед, затем опять бег, вернее, переброска через горный хребет, после — каякинг и снова велосипед. Дистанция в полтора раза длиннее Ironman’а. В Ironman я проходил полный маршрут, и поверьте: это тепличные условия по сравнению с настоящим экстримом. Я бы вообще не назвал эти соревнования экстремальными, потому что бег там по ровному асфальту, а велосипед — по хорошей дороге.

На Борисе: костюм, сорочка, галстук, платок - все Tom Ford, запонки Cartier, часы Drive de Cartier

Такие старты требуют длительной подготовки. Нужно войти в ритм, сделать несколько тренировочных выездов и сборов. С учетом того, что из-за напряженного рабочего графика найти свободное время непросто, подготовка затягивается. Да и вообще в Москве не ко всему можно подготовиться. Найти приемлемые варианты с бегом по горам, например, в столице очень трудно.

Мой лучший результат — призовое место в веломарафоне RAAM (Race Across America). Это была масштабная гонка, и наша команда заняла третье место. Нас было четверо (я, директор по работе с инвесторами компании ID Finance Евгений Почаев, партнер FCG Артем Ситников и генеральный директор Globe Express Services Микаэл Геворкян) плюс группа поддержки — это еще девять человек.

Через два месяца я участвую в The Comrades, старейшем и самом массовом в мире легкоатлетическом пробеге на сверхмарафонскую дистанцию (около 90 км) в ЮАР. И двое из тех троих «с велосипедов» тоже будут на The Comrades. Это менее экстремально, чем Marathon des Sables или RAAM, зато уровень участников очень высокий: сюда едут все топовые ультрамарафонцы. Из следующего, что хотелось бы сделать, — поучаствовать в гонках на каяках. В Канаде есть много интересных. Плюс это новые пейзажи — не беговые или велосипедные, а речные. Я планирую опробовать эти гонки через год, а сейчас надо купить каяк и начать тренироваться.

На Борисе: костюм, сорочка, галстук, платок - все Tom Ford, запонки Cartier, часы Drive de Cartier

Пустыня научила меня тому, что все когда-нибудь заканчивается. Забег может быть длинным (в пустыне, например, был 90-километровый отрезок), но и он подойдет к концу, а значит, надо просто делать шаги вперед. Я стал понимать, что даже в момент сильнейших физических нагрузок организм может приспосабливаться и восстанавливаться. Надо продолжать, и в итоге в какой-то момент станет проще. Это действует и в бизнесе — как ни банально звучит, учит не отступать и не сдаваться. А еще важнее, что спорт помогает отвлечься. Неделя в Африке — это лучшая перезарядка перед дальнейшей работой. Я бы сказал, что это основные плюсы спорта для бизнеса.

Я начинал карьеру в Deutsche Bank, потом был «Ренессанс Капитал» и Bank of Scotland. Работая в банках, мы смотрели, что происходит вокруг. И была идея реализоваться где-то еще, помимо крупной компании. В финансовой индустрии США и Великобритании тогда стали активно развиваться специальные технологии. В 2012 году я вместе с Александром Дунаевым основал первый в России сервис онлайн-кредитования MoneyMan, который потом вырос в международную финансово-технологическую компанию ID Finance. Тогда в инвестиционно-банковской сфере наблюдалась определенная стагнация. Мы с Александром понимали: даже если что-то не получится, можно вернуться назад — и мы ничего не потеряем, через год все будет примерно так же, как и сейчас. А вот упускать возможность реализовать свою идею нельзя. Лучше жалеть о сделанном, чем о не сделанном. И ошибаться раньше, чем позже. Надо пробовать.

На Борисе: костюм, сорочка, галстук, платок - все Tom Ford, запонки Cartier, часы Drive de Cartier

Позднее мы расширили географию своего бизнеса и начали операционную деятельность в Казахстане, Грузии, Испании и Польше. А в прошлом году — в Бразилии. Сейчас основное развитие у нас будет в странах Латинской Америки: в Мексике, Колумбии, Перу и так далее. Из российского бизнеса мы выросли в европейский, а потом и в международный. Сейчас мы крупная компания и продолжаем запускаться в новых странах. В ближайшие пять лет мы видим точки для роста — как на территориях, которые только собираемся освоить, так и в странах, где уже работаем. Инновационные финансовые услуги, хоть о них много говорят, сейчас только зарождаются. В мировом масштабе это еще очень маленькая индустрия. А ее потенциал огромен.

Мы как компания курируем несколько программ поддержки спортсменов. И по мере сил стараемся помогать молодым и перспективным. Я стараюсь, когда есть возможность, объединить спортивные старты с благотворительностью. Например, я привлекал деньги в поддержку фонда Children’s Trust, когда бежал Лондонский марафон. Мы и дальше планируем это развивать — нам всегда интересна благотворительность.

Я многих «подсадил» на спорт. Мои друзья стали больше заниматься. Одни бегают, другие плавают, кто-то увлекся триатлоном. Это действительно заразно. Уже давно доказано, что спорт вызывает привыкание.

Фото: Павел Крюков, ассистент фотографа Павел Нотченко, стиль: Анна Сенина, MUA & Hair: Ирина Лаханская