Пожалуйста, отключите AdBlock!
AdBlock мешает корректной работе нашего сайта.
Выключите его для полного доступа ко всем материалам РБК
Стиль Разыскиваются: каких украшений не хватает ювелирным домам
Стиль
Разыскиваются: каких украшений не хватает ювелирным домам
© пресс-службы
Эти вещи главные ювелирные дома ищут по всему миру. Каких именно часов, сотуаров и колец им недостает в исторических коллекциях — из первых уст.

Пьер Райнеро, директор по развитию и наследию Cartier
© пресс-служба Cartier

«Мы мечтали бы иметь первые часы Santos».

Мы стараемся собрать коллекцию, максимально разнообразную по представленным техникам, типам объектов и, конечно, стилю. Не менее важно, чтобы были охвачены все периоды, включая и современную историю, поэтому мы заинтересованы в объектах 1970-х, 1980-х и даже 1990-х, которые сейчас появились на арт-рынке.

Сейчас в коллекции более 1500 украшений, часов (включая настольные), объектов и аксессуаров. Мы плотно сотрудничаем с музеями и кураторами и сообщаем им о наших недавних приобретениях, чтобы предметы из нашей коллекции могли участвовать в выставках по всему миру и чтобы в музеях могли проходить посвященные Cartier выставки. Сейчас выставки у нас расписаны на четыре года вперед. Есть и вещи, которые музеи заняли у нас для постоянной экспозиции, — например, в Музее декоративного искусства в Париже. Там вообще прекрасная коллекция наших украшений! Великолепные коллекции есть и в Британском музее, и в Музее Виктории и Альберта (например, в постоянной экспозиции музея находится тиара леди Маунтбеттен в стиле tutti frutti).
Есть и предметы, которые, напротив, «занимаем» мы. Нередко — из частных коллекций. Так, королева Англии согласилась одолжить пять предметов из своей коллекции для выставки в Национальной галерее в Канберре.

© пресс-служба Cartier

При выборе украшений для коллекции бывает важен и провенанс (например, предмет принадлежал Эльзе Скиапарелли, Коко Шанель или Генри Форду). Другой важный аспект — аутентичность: мы предпочитаем предметы в первозданном состоянии, а не переделанные, пусть даже в самом Cartier.

И еще важно, что украшение для коллекции должно быть первым созданным среди подобных. Так, например, мы мечтали бы иметь первые часы Santos, ну или вторые, 1908 года, сейчас самый ранний Santos в коллекции — 1912 года (предположительно, из числа первых десяти созданных).

 

 

Лючия Боскаини, глава департамента наследия Bulgari
© пресс-служба Bulgari

«Среди объектов желания — сотуары 1970-х».

В настоящий момент в нашей коллекции наследия более 750 украшений — от конца XIX века до начала 2000-х, и мы продолжаем пополнять ее. Как только мы находим интересный экземпляр с точки зрения дизайна или технического мастерства, мы делаем все возможное, чтобы выкупить его или договориться о том, чтобы нам его одалживали для выставок. Сейчас наша главная цель — найти редчайшие вещи, а такие сложно обнаружить на аукционах и в частных коллекциях. Чтобы отыскать их, мы прочесываем каталоги всех главных аукционов мира, находимся на постоянной связи с частными коллекционерами, нередко нам помогает реклама — так, мы публиковали объявления в газетах, что разыскиваем предметы Bulgari, созданные до 1990 года.

Когда мы находим интересный предмет, мы ищем его эскизы в архивах, чтобы безошибочно определить провенанс. Огромный вклад в процесс пополнения коллекции и поиск украшений вносят мистер Паоло и мистер Никола Булгари — правнуки основателя дома Сотирио Булгари, на данный момент президент и вице-президент Bulgari Group.

© пресс-служба Bulgari

Среди объектов желания — сотуары 1970-х: лучшие их образцы крайне редко встретишь на аукционах — они универсальны, они вне времени, их продолжают носить и сегодня, а потому коллекционеры не хотят расставаться с ними. В 1970-е в Bulgari много экспериментировали с формой, материалами, стилем — от поп-арта до вещей с очевидным влиянием Востока, а потому очень интересно находить вещи для коллекции, по которым можно отследить эти стилистические эксперименты. Такие как сотуары «Будда» — длинные цепи с геометрическим мотивом и великолепной отстегивающейся подвеской в виде Будды в позе лотоса. У нас даже нет уверенности в существовании некоторых из этих украшений — сохранились эскизы, но мы точно не знаем, были ли они потом воплощены в жизнь и проданы. Одна из высших наград в моей работе — напасть на след пропавшего предмета из тех, что я считаю в числе обязательных для коллекции наследия. Это обычно становится результатом долгой и очень увлекательной работы, настоящего расследования — я вообще часто чувствую себя «детективом по наследию»!

 

 

Марина Лёвочка, генеральный директор Tiffany & Co. в России
© пресс-служба Tiffany & Co.

«Если бы мне пришлось выбирать единственное украшение из всего великого наследия Tiffany, я бы назвала одно кольцо».

Tiffany & Co. — больше чем бренд, это символ мастерства, творчества и безупречного качества, лучшее в американском дизайне. Подтверждает это и факт, что в постоянной экспозиции Метрополитен-музея представлена обширная коллекция предметов Tiffany. Связь Tiffany с искусством можно проследить от основателя компании Чарльза Льюиса Тиффани, одного из первых попечителей Метрополитен-музея, и его сына Луиса Комфорта Тиффани — художника и ювелира, возглавившего американское направление ар-нуво. Конечно, многие из экспонатов музея мы бы были рады иметь в нашей исторической коллекции, но для нас огромная честь, что посетители со всего мира могут видеть наследие Tiffany.

Кольцо Tiffany Setting — воплощение идеи союза двух возлюбленных. Оригинальный дизайн кольца, созданного в 1886 году, позволил ему стать самым желанным символом помолвки в мире, а его история — одна из увлекательнейших глав в летописи Tiffany.

© пресс-служба Tiffany & Co.

Одна из этих удивительных историй связана с 32-м президентом Соединенных Штатов Франклином Делано Рузвельтом. 11 октября 1904 года, в день 20-летия Элеоноры Рузвельт он сделал ей предложение с помолвочным кольцом Tiffany. Вес центрального бриллианта составляет примерно 3,4 карата, а шести обрамляющих его бриллиантов — по 0,3 карата. Она упоминает кольцо в своем письме ему вскоре после получения подарка: «...Я в восторге от него, поэтому с трудом сдерживаюсь, чтобы не надеть! Не могу представить кольцо, которое пришлось бы мне по душе больше....» Пять месяцев спустя пара обвенчалась в Нью-Йорке: на Рузвельте были часы Tiffany, а на Элеоноре — жемчужное колье Tiffany.

Хотелось бы иметь это кольцо в нашей исторической коллекции, но оно уже является частью коллекции Президентской библиотеки и Музея Франклина Делано Рузвельта, что прекрасно, так как позволяет проследить становление Tiffany не только как бренда, но и как американской институции. Если бы мне пришлось выбирать единственное украшение из всего великого наследия Tiffany, вероятно, я бы назвала это кольцо.

Украшения, которые нам повезло иметь в исторической коллекции, можно видеть сейчас в Москве. Открывая новый магазин в Петровском пассаже, мы решили продемонстрировать наследие Tiffany, собранное за 180 лет истории. Мы показываем две коллекции архивных изделий — «Бриллиантовые акценты» и «За гранью», которые раскрывают красоту бриллиантов Tiffany.

 

 

Клер Шуан, креативный директор Boucheron
© пресс-служба Boucheron

«Это колье-шарф, приобретенное великим князем Владимиром».

Мы старейший ювелирный дом на Вандомской площади, и наши архивы, разумеется, для нас важны — они хранят историю с 1858 года. Уже в 1897 году Фредерик Бушерон решил открыть первое представительство за рубежом — и оно было в Москве, потому что за почти 40 лет русские успели стать важными клиентами в Париже. Первыми русскими клиентами, кстати, в 1860 году были великая княгиня Мария и ее супруг, граф Григорий Строганов.

© пресс-служба Boucheron

Мы не знаем, сколько украшений пережило революцию 1917 года. Тем не менее, если выбирать одно украшение, которое мы мечтали бы иметь в нашей исторической коллекции, это было бы колье-шарф, приобретенное великим князем Владимиром в 1883 году. Оно создано из золотых звеньев и украшено «бахромой» из 30 белых панамских жемчужин и 76 бриллиантов огранки «роза». Это украшение такое же мягкое, как настоящий шарф, и этим воплощает мастерство Бушерона, а также напоминает о его корнях (родители Бушерона занимались тканями, — «РБК Стиль»).

 

 

Van Cleef & Arpels: Ромео и Джульетта снова вместе

Куратор музея и хранитель наследия Van Cleef & Arpels Катрин Кариу более десяти лет искала парную брошь «Ромео» к броши «Джульетта». «У нас есть одна крайне романтичная история: из бумажных архивов мы узнали, что у броши «Джульетта», которая есть в нашей исторической коллекции, существует пара — «Ромео». Но уже много лет я не могу найти его следов. Как нам известно, таких брошей было изготовлено всего четыре, и моя мечта — найти одну из них». Работая над материалом, мы связались с Катрин и узнали, что «Ромео» наконец нашелся. Пара снова вместе.

© пресс-служба Boucheron