Пожалуйста, отключите AdBlock!
AdBlock мешает корректной работе нашего сайта.
Выключите его для полного доступа ко всем материалам РБК
Стиль Кому нужны «этичные» изумруды и что это значит
Стиль
Кому нужны «этичные» изумруды и что это значит
© пресс-служба Chopard
В этом году одна из ведущих добывающих компаний, более всего известная своими изумрудными месторождениями, — Gemfields — решила стать партнером совместной инициативы Chopard и Eco-Age под именем The Journey to Sustainable Luxury. Что это за «путешествие»?

То, чем заняты Chopard и Eco-Age (а теперь еще и Gemfields), — прежде всего путь к экологически и этически ответственной добыче камней и металлов для ювелирных украшений, пропаганда максимально открытых поставок, забота о местных общинах в местах добычи и производств. Удивительно, что владеющий брендом Fabergé Gemfields решил стать партнером Chopard и не взял с собой в «Путешествие» свою ювелирную марку, — этот вопрос глава Gemfields Иэн Хареботтл предпочел не комментировать. На остальные вопросы он и сопрезидент Chopard Каролина Шойфеле дали исчерпывающие ответы.

 

Иэн Хареботтл, глава Gemfields
© пресс-служба Chopard

Почему вы решили стать партнером Chopard в их The Journey to Sustainable Luxury?

Мы в Gemfields гордимся тем, что находимся среди лидеров ответственной добычи цветных драгоценных камней, и стараемся сделать путь камней от шахты до прилавков максимально прозрачным. Наше партнерство с Chopard — очень логичный шаг, а его результаты могут показать, что происходит, когда встречаются те, кто мыслит одинаково и у кого есть общая цель — эффективные изменения.

В каких аналогичных проектах Gemfields участвовал до партнерства с Chopard?

У нас были совместные проекты с несколькими брендами, связанные с филантропией или профессиональной этикой. Например, мы работали с активисткой Мэри Фишер, помогая с производством браслетов с аметистами для ее кампании 100 Good Deeds.

Самый свежий проект — с Челси Дэви (бренд AYA). Она создала новую ювелирную коллекцию, средства от продажи которой пошли на развитие государственной школы рядом с нашим место­рождением изумрудов Кагем. И это только два из большого числа примеров, не считая сотрудничества с CSR — работы с местными общинами в районах, где находится наше производство.

«Мы всегда готовы совершенствовать производство».

Что технически означает для вас присоединение к новому проекту? Что изменится?

Мы допустили на наши месторождения Кагем в Замбии независимых аудиторов, которые проверили нас от имени Chopard. После этого получили комментарии относительно того, что думает Chopard об условиях на наших производствах и где мы могли бы их улучшить. Мы всегда готовы совершенствовать производство. На мой взгляд, то, что мы делаем с Chopard, еще и сильная мотивация для других игроков рынка, повод начать движение в том же направлении.

На месторождениях многое пришлось поменять, чтобы соответствовать стандартам проекта?

У нас уже были очень высокие стандарты! Мы сильно продвинулись в направлении экологически и этически ответственного производства, но всегда верим, что можно еще больше. Например, продолжаем развивать технологии, чтобы обеспечивать природе лучшую защиту. У нас есть план по развитию месторождения, включающий в себя, например, регенерацию территорий, добыча на которых уже не ведется, — засаживаем их деревьями и кустарниками. Привлекаем сторонних экспертов, чтобы оценить долгосрочные перспективы наших проектов по сохранению природного разнообразия. У нас есть и экстенсивный план развития общины, в который включены новые социальные проекты, и на каждый новый проект влияние оказал успех предыдущего.

 

© пресс-служба Chopard

Как по-вашему, почему в нынешнем году в украшениях high jewelry так много изумрудов?

Изумруды ценили еще древние египтяне и инки. Первое месторождение изумрудов в Египте было названо в честь Клеопатры — она так их любила! Сейчас проницательные клиенты начали ценить то, что имеет вневременную ценность и демонстрирует их личный вкус, а потому стали приобретать такие камни, как изумруды. Ну и с позиций маркетинга такие проекты, как наш с Chopard, возвращают цветные камни, включая изумруды, на подобающее им по значимости место.

Ваша основная специализация — изумруды и аметисты из Замбии и рубины из Мозамбика, какие еще камни являются ключевыми для Gemfields?

Мы также вовлечены в разработки на ранних стадиях месторождений в разных точках мира, включая Эфиопию, Колумбию и Мадагаскар.

 

Каролина Шойфеле, сопрезидент Chopard
© пресс-служба Chopard

Кто на данный момент участвует в проекте по этически и экологически ответственной добыче металлов и камней для ювелирных украшений The Journey to Sustainable Luxury и кто еще планирует присоединиться в ближайшее время?

Все началось с золота, но мы постоянно ищем новых партнеров в проекте. На данный момент — это месторождения в Латинской Америке, которые получили сертификат Fairmined непосредственно при поддержке Chopard, и месторождения изумрудов Gemfields. Но за проектом стоит следить. Как говорится, Рим не в один день строился. Это непростой путь, но, я уверена, правильный.

«Я поняла, что представления не имею, откуда берется золото для наших украшений и часов».

Почему проект кажется вам таким важным? Что вы сказали бы другим поставщикам или представителям ювелирных компаний, убеждая их присоединиться к проекту?

Компания была основана более века назад, она уже много лет принадлежит нашей семье. И как старый семейный бизнес, мы осознаем свою ответственность, вот почему запустили The Journey to Sustainable Luxury. Все началось с того, что я поняла, что представления не имею, откуда берется золото для наших украшений и часов. И решила выяснить. Я начала сотрудничать с Ливией Ферт и Eco-Age, и мы смогли существенно улучшить условия труда людей, которые находятся в самом начале производственной цепочки — на месторождениях. Мы покупали все добываемое конкретным месторождением золото, что давало ему стабильный доход. И это было началом программы, запланированной на много лет. Ее цель — прийти к 100-процентно экологически и этически ответственно произведенным украшениям.

Вы лично бывали на месторождениях Gemfields?

К сожалению, пока нет, но очень бы хотела. Наше партнерство — это прецедент проекта по этической добыче цветных драгоценных камней, заметный альянс в нашей индустрии, дающий поддержку местным сообществам в отдаленных регионах, где эти редкие камни добываются.

 

© пресс-служба Chopard

Как вы думаете, насколько такие проекты важны для конечного клиента? Кто-то, выбирая между двумя кольцами с изумрудом, действительно предпочтет то, что добыто этически,— может ли это стать решающим в выборе?

С самого начала проекта реакция была просто фантастической! И от наших клиентов, и от знаменитостей, которые выбирали для своих выходов на красную дорожку созданные по этическим принципам украшения haute joaillerie. Именно поэтому мы решили запустить коллекцию Palme Verte, в которой используется исключительно золото Fairmined. Я думаю, подобные проекты должны быть особенно интересны молодому поколению. Люди сейчас хотят все больше знать о том, кто шил их одежду, какие продукты они едят... и мне кажется, это положительный сдвиг. Я верю, что аргумент об этической добыче может стать решающим при выборе украшения или часов. И мы собираемся увеличивать количество украшений, создаваемых из золота Fairmined и этически добытых драгоценных камней.

Проект длится уже несколько лет. Что вы считаете вашими главными достижениями за период его существования?

Chopard, вне всякого сомнения, был пионером в такого рода инициативах, и то, что сейчас другие крупные бренды начинают подобного рода проекты, вызывает во мне чувство гордости нашим начинанием.