Каждые 20 секунд на Земле становится одним самоубийцей больше. Очевидно, что среди этих тысяч отошедших в мир иной большая часть - эксцентрики, несчастные влюбленные и прочие люди, переоценившие масштаб своих проблем. На их фоне главные жертвы кризиса - бизнесмены - выглядят людьми, в одночасье осознавшими абсурдность мира, в котором они живут, и, самое главное, своих усилий и возможностей.
В этом свете главный претендент на роль кризисного самоубийцы - Медофф, создатель самой крупной финансовой пирамиды в истории, обманувший 13 тысяч алчных инвесторов в общей сложности на 50 миллиардов долларов. Но он, похоже, решил, что даже 150 лет заключения лучше ада или вечной темноты. Во всяком случае вряд ли аферист уверен, что после смерти его ждет что-то хорошее.
Совсем другое дело - недавняя новость о самоубийстве Джеймса МакДональда, управляющего состоянием семьи Рокфеллеров (28 миллиардов долларов). 54-летний бизнесмен застрелился в собственном автомобиле в Дартмурте, Массачусетс. И хотя близкие бизнесмена утверждают, что дела компании шли неплохо даже в кризисные времена, его смерть слишком явно вписывается в череду других самоубийств видных финансистов.
О причинах суицида исполнительного финансового директора американского ипотечного агентства Freddie Mac Дэвида Келлермана даже в прессе пересудов не было. Двух гигантов ипотечного рынка США, агентства Fannie Mae и Freddie Mac, называют в числе главных катализаторов мирового финансового кризиса. 41-летний Келлерман повесился в апреле, после того как в марте ушел в отставку глава компании Дэвид Моффитт, оставив финдиректора Freddie Mac главным ответственным за обвал ипотечного рынка страны.
В марте по собственному желанию в мир иной отошел ирландский бизнесмен Джон О'Долан. Причины и в этом случае очевидны: он владел компанией по торговле недвижимостью. О'Долан, кстати, был владельцем островов в дубайском архипелаге The World.
Кризис очень сильно ударил по всем, кто так или иначе был связан с недвижимостью. Некоторые из них не видят смысла продолжать не то что вести бизнес, но и жить. Так, в январе покончил с собой глава одной из крупнейших компаний по продаже недвижимости Sheldon Good & Company Auctions International Стивен Гуд.
В печальном списке немало и финансистов. В январе из-за неудачных операций с ценными бумагами под поезд бросился один из богатейших людей Европы немецкий миллиардер Адольф Меркль. А в канун Нового года покончил с собой один из руководителей крупнейшего британского банка HSBC. В декабре же в связи с известием о лопнувшем «пузыре Медоффа» свел счеты с жизнью французский инвестор Тьерри де ля Виллюше. Он вложил в пирамиду 2,1 миллиарда долларов - три четверти всех средств, доверенных ему клиентами.
Первой же жертвой кризиса стал британский миллионер Кирк Стивенсон, главный операционный директор инвестиционной компании Olivant Advisers. Еще в сентябре он, осознав, что стоимость компании будет только падать, бросился под поезд.
Если прислушаться к самому авторитетному голосу по проблеме суицида, эльзасскому говору Альбера Камю (который, кстати, погиб в автокатастрофе, а вовсе не покончил с собой), то его программный «Миф о Сизифе» звучит поминальным колоколом по жертвам нынешнего финансового кризиса. Один из отцов экзистенциализма был уверен, что человек встает перед выбором «жизнь или смерть» в тот момент, когда осознает абсурдность (читай: истинную природу) всего происходящего. Выходов, по Камю, три: суицид, духовное бегство (читай: воцерковление) или - удел самых сильных - принять мир таким, какой он есть. И тогда все дело в том, что человек считает смыслом своей жизни. Если интересную работу с огромными суммами денег, то такому человеку в современных условиях остается только пожелать держаться и попытаться найти другие ценности. Перестроить целиком свой мир, свою жизнь - задача сложная, но гораздо проще с ней справиться, когда есть что перестраивать.
